Не годный не только к полевой службе, но и даже к крепостной, но на, допустим, австрийской границе. Там, где действительно нужно драться. Азов и Крым — глухой угол осман. И вот против них он выставил войско в семьдесят пять тысяч.

— О! — удивился король.

— И эта армия лишь измором сумела принудить ту маленькую крепость к капитуляции. Старые крепостные стены многовековой давности были тонкими и не способными держать удар даже легких пушек. Снаружи их прикрывал земляной редут. И вот это убожество, не достойное и значимого промедления, Питер провел две кампании.

Взял сию крепостишку. Но и то, лишь из-за усилий шотландского генерала Патрика Гордона, что стоял на русской службе. А перед тем воевал по всей Европе. Однако недавно он умер…

— Какая печаль… — равнодушно заметил Фридрих. — И твои люди думают, что Питер бесконечно слаб?

— Да. И именно с этим связаны его промедления. Взятие Азова и поездка по Европе позволили ему трезво оценить свои возможности.

— Значит, — повернулся король к другому человеку, сидящему чуть в стороне, — вы рекомендуете начинать войну, не дожидаясь готовности русского царя?

— Нет, ваше величество.

 — степенно ответил тот человек.

— Тогда я вас не вполне понимаю.

— У Питера нету доброй армии. Все эти десятки тысяч солдат — просто сброд. Но в здравомыслии ему не откажешь. Атаковать шведов сейчас слишком рискованно. В наших интересах выждать, пока они ввяжутся в войну за испанское наследство на стороне одной из коалиций. И когда они там завязнут — ударить.

— Главное, ваше величество, чтобы шведская армия покинула Швецию. И не могла быстро в нее вернуться.

— Но он может атаковать нас через Голштинию.

 — возразил король.

— Для того, чтобы этого не произошло нам и нужен Август. Он со своей саксонской армией ударит Карлу в спину, если тот рискнет войти в Голштинию. Мы же со своей стороны лишь имитируем высадку в Сконе, перебросив туда один или два полка. Для шума. Остальными силами направимся в Голштинию, где и зажмем Карла, совместно с саксонцами.

— А саксонцы на это готовы? Разве у Августа угасла жажда Риги?

— Мы смогли его убедить, что, лишив Карла полевой армии, сможем спокойно брать интересующие нас города. Набрать же новую ему будет крайне сложно из-за совершенного опустошения в казне.

— А Питер? Он разве в вашем плане не участвует?

— У него нет армии. — развел руками третий человек, стоящий поодаль. — Какой от него прок? Разве что позволить в его землях завязнуть Карлу. Но тогда у нас нет уверенности в долгом его сопротивлении. Мы полагаем, что Карл найдет в землях Питера припасы и деньги, столь нужные ему для войны против нас. И было бы разумнее, чтобы король Швеции увел свою армию на большую войну. Там ее потрепал.