— Катастрофа близка, Ваше Величество. И времени у нас практически не осталось…

* * *Тем временем у города Гронинген…

Вечерело.

— Шведы, сэр, — доложился дежурный офицер командующему англо-голландских войск сэру Джону Черчиллю, который еще не стал герцогом Мальборо.

— Где их заметили?

— Вон там, сэр. — указал дежурный. — Входят на поле.

Командующий глянул на небо.

Солнце стояло в зените, клонясь к закату. Войско Карла насчитывало порядка двадцати тысяч. И по его прикидкам оно могло до вечера сосредоточится на поле. Не более.

— Господа, — обратился он к стоящим подле него офицерам. — Полагаю, шведы атакуют нас на рассвете.

— Карл юн и безрассуден, — заметил один из генералов.

— Вряд ли он рискнет всем, решившись на взбалмошную атаку.

— Я не уверен, что он знает, сколько у нас тут войск.

— Атаковать в ночь? Это безумие! Генералы шведов, уверен, это ясно понимают.

— И все же, сэр. Я бы немедленно приготовился к бою.

— Чтобы утомить наших людей перед решающим сражением? — удивился Джон Черчилль. — Часами стоять в боевых порядках утомительное занятие.

— И все же, сэр.

— Вы думаете, что Карл упустить момента наступать в то время, когда солнце станет светить нам в глаза?

— Он ищет воинской славы…

Мнение генералов разделилось.

Посему командующий приказал выдвинуть дозоры и начать приготовления к утренней битве. Но король Швеции по своему обыкновению шел налегке. То есть, без артиллерии вовсе. Она безнадежно отстала. Посему, узнав об обнаружении неприятеля, он решился на вполне типичную для него авантюру.

Вся кавалерия, собранная в кулак, двинулась в обход. Для того, чтобы обогнуть лес по большой дуге и выйти к позициям англо-голландских войск с юга. А пехота, втягиваясь на поле, сразу строилась.

Минута.

Другая.

Третья.

Час.

Два.

И вот — четырнадцать тысяч шведской пехоты оказались готовы к атаке. Больше у него и не было. Еще шесть тысяч кавалерии обходили с фланга.

Еще немного ожидания."

"До конца светового дня оставалось часа полтора. И Карл, не дожидаясь фланговой атаки, отдал приказ об общем наступлении, дабы разыграть главный козырь своей пехоты — ближний бой.

— Сэр, — едва не влетев в шатер на коне, крикнул вестовой. — Шведы атакуют!

— ЧТО⁈ — удивился Джон Черчилль.

— Пехотой. Развернулись широким фронтом и идут на нас. Кавалерия, видимо, отстала.

Командующий выскочил из своего шатра.

Вскочил на коня, чтобы оказаться повыше.

И выхватив зрительную трубу вперился в нее, силясь разглядеть ситуацию. Видимость из-за вечера уже была не самая лучшая. Заходящее солнце светило в глаза шведам. Но это, играло скорее на руку шведам. Ведь они плохо видели противника.