– Послушай, командир, – сказал Подберезский, – а что если мы эту машину перехватим и хорошенько тряхнем тех двоих, которые внутри? Порасспросим у них, зачем они приезжали, кто они и откуда…

– Погоди, Андрюша, – Комбат сосредоточенно размышлял, прижимая бинокль к глазам.

Железные ворота закрылись. Комбат посмотрел на часы.

– Пять часов пятнадцать минут.

А в подземном хранилище в это время все происходило так, как всегда, так, как это случалось уже сотни раз. Машину подогнали к одной из цистерн, полковник Иваницкий с водителем перекинули шланг и заработал насос, выкачивая из цистерны технический спирт.

Закрутились цифры на счетчике.

– А что Борщева нет? – спросил экспедитор.

– Проблемы с ним. Ты разве не знаешь?

– Нет, еще ничего не знаю.

– Разбился Борщев, погиб.

– Как!? Не может быть! – интерес экспедитора был неподдельный и это было понятно по его лицу. Глаза сузились, а щеки даже побледнели.

– Эй, послушай! – раздался довольно-таки громкий голос водителя, он стоял на цистерне. – Как это Борщева угораздило? Вроде мужик был жизнерадостный и все у него шло хорошо.

– Это не мое дело, – сказал Иваницкий, давая понять, что вникать в подробности и объяснять их ему не велено.

– Понятно, понятно, – водитель и экспедитор переглянулись.

– Это же надо! – сказал экспедитор и сунул руку за пазуху, проверил на месте ли пистолет. – Знаешь, полковник, – сказал он, обращаясь к Иваницкому, – мы сегодня, наверное, еще разок приедем.

– Мое дело маленькое, приедете, так приедете, – сказал Иваницкий.

Настроение у него стало абсолютно никудышным. Вся эта возня с Борщевым, которая еще предстояла, нагоняла на него неподдельную тоску.

– А вот завтра и послезавтра не приезжай.

– – Это уж не от нас зависит, полковник, – сказал экспедитор, – мы люди маленькие, подчиненные. Нам скажут ехать, мы сядем в машину, запустим мотор и поедем. А не скажут – с места не сдвинемся.

– Думаю, не скажут, – убедительно проговорил полковник, вытирая руки о ветошь.

– Ну ладно, все в порядке. Залили ровненько двадцать тонн, как всегда.

– Да, двадцать тонн, – пробурчал полковник Иваницкий, – это будет сорок тонн водки.

– Может и не сорок, – сказал экспедитор, – может быть поменьше.

– Как это поменьше? – спросил полковник.

– Немного разольется, немного в отходы. Во всяком деле, как ты понимаешь, когда выходит чистый продукт, есть определенные потери. Правда, единственное, что хорошо, так это то, что рабочие на заводе эту водку не пьют.

– Почему ее пьют? – спросил полковник.

– Что они – дураки? – водитель и экспедитор расхохотались, причем, смеялись так задорно, словно бы буквально несколько минут назад они не узнали о смерти Борщева.

– Объясни, – настаивал полковник.