– Инга! Инга, ты здесь?! – кричал он, устремившись через коридор в комнату. Его не интересовала красота фресок, найти и... Сначала – найти! А там видно будет!

– Эйнар? – воскликнула искра, поднимая на него взгляд. Она сидела на полу, прислонившись спиной к алтарю. Обхватив колени руками, сжалась в комочек. Тонкая. Хрупкая. – Уходи! Тебе сюда нельзя!

Стоило увидеть его, как глупая обида отступила. Остался только страх. Инга думала, что не вынесет свадьбы Эйнара, оказывается, лучше пусть женится на другой, чем станет статуей в дворцовом саду.

– Уходи, прошу, уходи, – она вытирала текущие градом слезы. – Уходи, пока не окаменел.

– Ну и пусть, – Эйнар медленно приблизился к алтарю и сел рядом с Ингой.

– Ты не можешь так поступить, – она продолжала плакать. – А как же драконье царство? Невесты?

– Будет править Далия, – невесело хмыкнул Эйнар, он каждое мгновение ожидал, что станет каменным. Правда, неизвестно, как это происходит. Навалилось странное спокойствие. – Невесты присмотрят себе других драконов. Выбор большой.

Они сидели рядом, боясь прикасаться друг к другу. Лунного света, проникающего сквозь стеклянный потолок, было достаточно, чтобы нечетко видеть лица.

– Зачем ты это сделал? – тихо спросила Инга, так и не повернув голову в сторону Эйнара.

– Я хотел, чтобы ты была счастлива, – ответил он правду. – Самые достойные драконы, хорошие семьи, богатые...

– Вот спасибо, – грустно усмехнулась она. – Может, я не хочу...

– Тогда ты не проживешь в этом мире долго, – Эйнар вздохнул. Отличная идея казалась ему сейчас буквально подлостью.

– Ну и ладно, – убежденно прошептала Инга. – Я не смогу так... По расчету...

– Я тоже не смог, – перебил ее дракон. – Искорка моя, – наконец-то он осмелился взять ее руку в свою. Холодная. – Прости меня, прежде чем я стану каменным.

Эйнар сожалел, что пошел на поводу у Грай. Что устроил этот дурацкий бал, что не замечал очевидного.

– Нееет, – зарыдала Инга, поворачиваясь к нему всем телом и утыкаясь лбом в его плечо. – Н-не каменееей... Я не переживуууу...

Обняв искру за плечи, дракон притянул ее к себе. Зато каменным ему будет уже все равно. Интересно, почему он все еще не превратился в статую?

– Я так сожалею, что устроил все это. Поделом мне, – он снова вздохнул. – Хотел расчетливо выбрать правительницу для царства драконов, а в итоге потерял свое сердце. Да, не смотри на меня так, – грустно улыбнулся Эйнар, когда Инга подняла на него взгляд невероятных голубых глаз. – Ты стала моим сердцем. Сердцем дракона. И если простишь меня, я уйду спокойно.

Это прозвучало так спокойно, что у Инги мороз прошелся по коже, и она не выдержала, кинулась на шею дракону:

– Не смей! Не смей, слышишь! Не смей каменеть! – горячечно шептала она, цепляясь за Эйнара как утопающий за соломинку.