Чтобы в Москве знали, что это Дробар обнаружил Беркута, сообщил о нем в Центр и отправил со своего собственного аэродрома. Что я их давно взял за рога.

— Я всего лишь предложил помощь своей группы.

— У меня в отряде более трехсот бойцов, причем большинство из них — армейцы, некоторые даже из кадровых, — горделиво тряхнул окладистой, старательно ухоженной бородой Ветеринар. — На Подолии есть такие, что только называют себя командирами партизанских отрядов, хотя на самом деле под их началом всего лишь небольшие группы. У меня же полноценный отряд, к весне до полутысячи штыков доведу. Так что отдыхай, капитан, и молись ангелам — покровителям авиации.

— Ну, смотрите, если возникнут трудности, то у меня бойцы опытные.

— Знаю, наслышан, — суховато молвил Ветеринар. — У начальника аэродромной охраны Логача есть подробная карта здешних мест. Он же и возглавит засаду на Игнатовом болоте. Посмотри ее внимательно, может, подскажешь, как ему лучше эту засаду устроить. Исходи из того, что под командованием Логача будет пятьдесят бойцов.

* * *Группе Беркута отвели землянку рядом с двумя землянками-казармами охраны аэродрома. Еще одна, совсем крохотная, землянка предназначалась для отдыха пилотов. Расположены были эти жилища в центре небольшой сосновой рощи, вокруг миниатюрного карстового озерца, берега которого казались «отлитыми» из вулканической лавы.

Такое базирование Беркут признал крайне неудачным, поскольку в случае нападения бойцы сразу же оказывались прижатыми к озеру и лишались какой бы то ни было возможности маневрировать. Зато местность! Местность была изумительной по своей красоте. Да что там, воистину божественной казалась она Беркуту. Он даже с тоской подумал, что именно здесь и хотел бы завершить «свою» войну. И здесь же готов прожить хоть всю оставшуюся жизнь, пусть даже вот так, в землянке…

— Я невольно подслушал ваш разговор с командиром отряда Дробаром, — остановился рядом с Беркутом на берегу озерца Владислав Мазовецкий.

— Особой тайны там не было. Тем более от тебя, поручик.

— Знаешь что, Беркут, не рвись ты на эту операцию. Не напрашивайся на нее. У Ветеринара действительно бойцов хватает.

— Не понял, — удивленно уставился на него капитан. — Странно слышать нечто подобное от тебя, Мазовецкий, человека, который не раз провоцировал меня на такие операции, на которые идти мне действительно не хотелось."

"— Был грех, провоцировал. Сам постоянно рвался в бой и тебя в некоторые авантюры втягивал. А теперь дружески советую: не рвись в эту драчку. Судьба предоставила тебе возможность побывать на Большой земле? Так воспользуйся же ею! Не стоит лишний раз испытывать удачу — и так чуть ли не каждый день злоупотребляешь ее благосклонностью.