Учитывая, что понятия «муж» и «жена» в этом футуристическом обществе не существовало, то это было очень смешно. Еще смешнее было то, что Алекс рассказал Пакле теорию Института Брака. Он нашел живой отклик в душе молодой мамашки, и Пакля теперь во всю планировала свадьбу. Не так смешно было то, что Овца тоже это слышала и также, в целом, одобрила. И теперь смотрела на меня еще более странно и загадочно.

— Мы над расчетной точкой. Начинаю барражирование, — отрапортовал будущий «муж».

— Альтер, ты слышал?

— ДА. Я СЛЕЖУ.

— Слушай, это получается, что если тут сто миллионов жителей было, то где-то тут под песком лежать сто миллионов Симбиотов?

— С ЧЕГО ТЫ ЭТО ВЗЯЛ?

— Блядь, ну есть такая наука — Арифметика! И есть Л-Логика! Не?

— ПОХОЖЕ, ОБЕ ЭТИ НАУКИ ПРОШЛИ МИМО ТЕБЯ.

— Чойто?

— А С ЧЕГО ТЫ ВЗЯЛ, ЧТО СИМБИОТ БЫЛ У КАЖДОГО ЧЕЛОВЕКА?

— Эмм… Ну, это логично!

— ВОТ Я ПРО ЧТО ГОВОРЮ! Л-ЛОГИКА! И ЭТО НЕ ТВОЁ.

— Поясни-ка, а то я могу обидеться!

— ЕСЛИ ОЧЕНЬ ГРУБО, ТО СИМБИОТ БЫЛ НЕ У КАЖДОГО ЧЕЛОВЕКА. ДАЛЕКО НЕ У КАЖДОГО.

— Херасе! А почему?

— ПОТОМУ ЧТО НАС МАЛО, А ЛЮДЕЙ МНОГО!

— А откуда вы вообще взялись? И как с людьми связались?

— ЭТО ДОЛГАЯ ИСТОРИЯ, И Я ТЕБЕ ЕЕ КОГДА-НИБУДЬ РАССКАЖУ, А ПОКА… СТОП!

— Бонд, стоп! — рявкнул я.

— Ты охренел? Это что тебе, самокат? — подпрыгнул от неожиданности Навигатор, но всё же затормозил и «Газель» зависла в воздухе, дрожа от налетавших порывов ветра.

— МЫ МОЖЕМ ПРИЗЕМЛТЬСЯ?

— Бонд, сажай корабль!

— Сука, как у вас всё просто! — пробурчал 007, но корабль начал снижение. — Внимание! Касание!

Корабль мягко опустился на поверхность, Бонд играл двигателями, проверяя остойчивость, но «Газель» не собиралась проваливаться сквозь землю, поэтому он постепенно убрал тягу, переведя движки на «холостой» ход и полностью приземлившись.

— НАМ НУЖНО НАРУЖУ!

— Я пойду прогуляюсь немного. Подышу воздухом… баллонным! — сказал я Бонду и направился к двери. Бонд что-то буркнул, но я не расслышал.

Хлопнув по кнопке, передний люк десантного отсека упал на песок, подняв тучу красной пыли. Порыв ветра чуть не задул меня обратно внутрь, но я всё-таки шагнул наружу. Ветрено, но вроде жить можно. Жить можно, правда, только в скафандре, ну или экзокостюме, как у меня сейчас. Можно и без него, но сложно. Разве что полежать, погреться, не двигаясь. Содержание кислорода в воздухе составляло пятнадцать с половиной процента. Сильно не надышишься. Этот Мир был мертв уже очень давно.

В пыльной атмосфере просматривались пылевые холмы слева и справа. Кое-где из них торчали остатки явно рукотворных конструкций. Видимо, древние ребятки строили на века, если при такой агрессивной окружающей среде здесь осталось еще что-то, кроме пыли.

— НАПРАВО. ПРЯМО. ЕЩЕ ПРАВЕЕ.