— Ты совсем спятил, хрен моржовый? — завопил Алекс, резко вскакивая на ноги. Зря он так. Кровь отхлынула от головы, и он уселся на задницу.

— Ты чего дерешься? — возмутился Бонд.

Алекс осторожно пощупал лицо и скривился — Бонд его не жалел.

— Я тебе сейчас глаз на жопу натяну, убогий! — зловеще прошептал ниндзя.

— Оставь его в покое, — вступился я за Навигатора. — Он тебя из комы выводил. Хе-хе.

Алекс посмотрел сначала на меня, потом перевел взгляд на Овцу.

— Уже целовал? — невинно поинтересовался он.

— А? Что?… Нет, — я понял, о чем он.

— А то смотри, как в том анекдоте будет, про царевича-лягуха!

Я промолчал, ожидая подвоха, а вот Бонд не утерпел.

— Что за анекдот? — спросил он, потирая ушибленную щеку.

Алекс оживился и уселся поудобней, вроде как Бонду рассказывая, но поглядывая на меня.

— Ну Василиса-Прекрасная поймал лягушку, а та… то есть тот, это лягух был, значит, говорит ему, человеческим голосом. Поцелуй меня, и я превращусь в Принца! Ну Василиса пересилила себя и поцеловала. А лягух смотрит на нее и говорит — Сильное колдунство! Придется отсосать! Гы-гы…

— Ха-ха… — вторил ему 007.

— Обхохочешься, — буркнул я, легонько похлопывая девушку по щекам. Та открыла глаза и улыбнулась. Какая она, всё-таки красивая… у меня.

Я помог ей подняться.

— Что у вас с Сибиотами? — уточнил я у друзей.

— Как будто не было, — ответил Алекс.

— Да, я ее не чувствую, — подтвердила Овечка.

— Надорвались болезные, — резюмировал я. — Надеюсь, оклемаются, а у нас есть, уже меньше четырех часов, чтобы как-то подготовиться к неизвестному. Встретить нас там может всё, что угодно, поэтому нужно быть наготове!

Алекс меня внимательно выслушал и кивнул.

— Предлагаю поспать!

— Поддерживаю! — сказал я. — Бонд, ты за старшего, чтобы к выходу из гипера все системы работали и все были на своих местах.

— Но… как? — реально офигел Бонд.

— Каком кверху! Мы же как-то смогли увести корабли в подпространство! Вот и ты смоги!

— Но… вам же помогали!

— И тебе помогут! Зеленожопые… Хе-хе…

— Но…

— Ай, иди в жопу! Мне нужно отдохнуть! Голова раскалывается! — и мы вышли с мостика, оставив там ошарашенного Бонда. Я всё-рано сейчас ничего не соображал, а во сне я хот ничего не напорчу!

За полчаса меня разбудили — лучше не стало, голова еще болела, Альтер не отзывался. Безумная атака нашего флота закончилась лучше, чем я себе представлял. Запуск торпед происходил с практически предельной дистанции, так как задача была ошеломить и притормозить, а не уничтожить, поэтому потери составили всего две «Молнии» и девять «Громов» — всего-то убытков, даже меньше миллиона. Поймал я себя на буржуйских замашках.