Высокий, одетый в светло-серую с черными вставками военную форму, которая прекрасно оттеняла смуглый цвет кожи, он выглядел картинкой с плаката.

Алия и Яра кинулись к нему на шею. Нзарим смутился, все же за шесть лет прошедшие с прошлого посещения, девушки очень изменились. Но я не стала отчитывать дочерей за нарушение этикета, а пыталась понять чувствуют ли они что-то к бывшему няню? Понаблюдав за их общением, я поняла, что девушки относятся к нему, как к старшему брату, да и Нзарим, похоже, тоже не питал в их отношении романтических чувств.

Зато семилетняя Элли, увидев статного индейца, замерла и восторженным шепотом спросила: «Кто это?» Я тихонько ей объяснила и едва не упала от ее последующего заявления: «Он будет моим!»

Когда в столовую в сопровождении воспитателя, вошли близнецы, у нас с мужьями отпали челюсти. Элли дефилировала в роскошном светло-голубом платье, рядом в подобном торжественном наряде выступал Ратмир. От обычной вертлявости девочки не осталось и следа, Элли играла великосветскую даму, а мы с мужьями еле сдерживались, чтобы не расхохотаться. Добавляли веселья наши мысленные переговоры. Мужья делали ставки, гадая, насколько хватит запала у нашей младшей и когда взрывной темперамент вырвется наружу.

Победил Амран. Элли вела себя идеально до конца ужина. Нзарим, конечно же, догадался о причинах нашего веселья, но, тем не менее, активно подыгрывал девочке, так же, как и старшие сестры, с которыми Элли уже успела посовещаться.

Теперь воздействовать на младшую оказалось легко: достаточно было намекнуть на предмет ее любви. «Не хочешь заниматься правописанием? Вряд ли Нзарим возьмет замуж неграмотную девушку…», «Не стараешься? Вряд ли Нзарим заинтересуется неумехой…» и в таком духе. Пока действовало.

Рядом опустился Амран, выдернув меня из воспоминаний.

— О чем задумалась? — спросил муж.

— Обо всем и ни о чем, — ответила я и прислонилась к его плечу.

Амран только что вышел из воды и по его телу стекали струйки воды. Тут мужчины купались в широких длинных шортах, поэтому можно было любоваться красивыми торсами моих мужей.

— Намокнешь еще, — хмыкнул Амран, когда я теснее прижалась к нему.

«Я и так намокла» — провокационно ответила я по мыслесвязи, — «невозможно на вас смотреть спокойно!»

От Амрана пришла яркая теплая эмоция.

— Еще недели две максимум, как говорит Раинель, и Даша появится на свет. Осталось ждать недолго, а потом…

Столько всего было в этом «а потом…», но Амран не стал развивать мысль, наоборот, постарался подавить желание, тут слишком много людей. Наши пальцы переплелись, так хорошо было просто сидеть вместе и молчать.