Вас самих должно было корежить и изматывать перед неизвестностью. Когда все вокруг буквально пропитано ужасом, очень трудно оставаться хладнокровным.

Сейчас самое главное — держать лицо. Ни капли вины, лишь толика страха. Необходимо запудрить мозги этому зверолову. Я слабая и к тому же беззащитная женщина. И обвинить меня не в чем, ведь просьбу о вызове дождя староста мне озвучил пару дней назад, и я обещала помочь. Правда, для вызова дождя я хотела сил накопить побольше. Не моя вина, что они оказались на пути стихии. Все эти мысли с бешеной скоростью проносились в моей голове, пока я стояла пред черными очами зверолова. Мысли сдать перевертыша, повиниться и поплакаться у меня не возникло. Как-то с трудом верилось, что ребенок, которому от силы лет десять — двенадцать, мог участвовать в нападении на обоз. Но даже если и так, то зачем было так мучить и пытать, искренне наслаждаясь агонией несчастного?

— Да, был такой разговор дня три назад, — проблеял староста. — Засуха, господин Моховой, и я… да, просил.

Наступила тишина.

Все то время, что Моховой меня рассматривал, пытаясь решить, что же в конце концов со мной сделать, охотник стоял за моей спиной и все никак не мог определиться — броситься ли на мою защиту или поддержать идолов. Поэтому и мялся, бедняга, сзади, так и не приняв окончательного решения. Слабак.

— Идем за мной, — наконец произнес зверолов и, развернувшись, прошагал в Храм.

Слегка пожав плечами, я запахнула шаль на груди, подхватила сына и пошла следом. За каждым моим движением следило все Заречье. Уже у ступенек меня схватил за руку охотник, заставив замереть и недоуменно оглянуться.

— Ты это… Зови, ежели чего… Я помогу, — пробормотал парень, сам не веря в то, что решился сказать подобное.

Что мог он сделать против десятка профессиональных убийц и мага? Да ничего.

— Спасибо, — я благодарно ему улыбнулась и на секунду замерла. Нет, нельзя мне идти туда с сыном. Мало ли что пришло в голову этому зверолову, а если они меня запугивать начнут или еще чего пострашнее? — Киан, дорогой, побудь пока с тетушкой Райе.

— Я с тобой, — упрямо поджало губы мое солнышко.

— Киан, прошу тебя… Я скоро вернусь, обещаю."

"— Я прослежу за ним, Миа, — знахарка отделилась от толпы и взяла малыша на руки.

В ее практически прозрачных глазах были такие боль и жалость, что мне пришлось отвести взгляд. Да, я тоже слышала об оргиях, что устраивали звероловы. Теперь у них было принято в оплату за свое геройство и охоту за монстрами требовать не только кров, еду и питье, но и тела первых красавиц деревень. Отказать им не могли, иначе по кругу пойдут все женщины. Что могли сделать обычные крестьяне против десятка головорезов? Единственной, кто мог оказать хоть какое-то сопротивление, была я.