Джемма медленно качалась на стоящих во дворе качелях, задумчиво разглядывая Юлькин дом. Анна Петровна резала сладкий пирог. Ольга Прокопьевна о чем-то беседовала со Светланой Капитоновной, которая вовсе не переживала за ушедшего «на разведку» мужа. Вот ведь безмятежность!

Текли невыносимые минуты, и Юлька уже приготовилась все-таки призвать соседей на помощь Василию Васильевичу, но в этот момент он снова появился на пороге пустующего соседского дома, помахал компании рукой, громко прокричал:

— Никого тут нет, я же говорил! Иду чай пить! — и тронулся в обратный путь.

Тропинка, скрип калитки, стук Юлькиной калитки, снова тропинка. И вот он уже стоит на пороге беседки, слегка отдуваясь и вытирая со лба пот.

— Почудилось вам, милая девушка.

— И Гриши нет? — на всякий случай уточнила Юлька отчего-то дрожащим голосом."

"— Гриши? — Василий Васильевич удивился, а кто-то рядом напрягся, услышав имя хулиганистого подростка. В этом Юлька была просто убеждена, потому что воздух мгновенно пропитался чьим-то страхом. Но чьим? Кто мог бояться малолетнего хулигана? — Нет, и его там нет.

Да и быть не может. Он с отцом в один из коттеджей ушел. Подсобить. Я видел. Никого там нет, Юлия. Можете спать спокойно. Да и мы, пожалуй, домой пойдем. Светик, тебе кур кормить пора.

— Кур? — Светлана Капитоновна заметно удивилась. Пристально посмотрела на мужа, хлопнула себя рукой по лбу. — Ах, кур! Конечно. Что-то я запамятовала, вот же голова дырявая! Пойдем, Васенька, конечно, пойдем.

— А можно нам с собой пирога взять и мяса пару кусочков? — спросил Василий Васильевич Юльку. — Глядишь, на ночь глядя еще и перекусим немного, а, Светик?

— Да уж что, у меня еды нет? — оскорбилась его жена.

 — Картошка с утра в печи стоит, и хлеб я свежий испекла. Конечно, не шашлык, но с голоду-то не помрешь.

— Да, конечно, берите! — рассмеялась Юлька. — Вот же сколько всего.

Постепенно все ее гости разошлись. Поблагодарив за гостеприимство, отправились «за шлагбаум» мама и дочь Джентиле. Виктор вызвался их провожать, пусть и к вящему неудовольствию Джеммы. Юлька вышла на улицу и смотрела им вслед, отмечая удивительную Вероникину красоту — темные волосы, струящиеся по ровной спине, выразительные карие, почти черные глаза, порывистые движения, привлекательную родинку на щеке, брови вразлет.

В этой девушке было столько неукротимого внутреннего огня, что Юльке казалось, будто она даже слышит его ровное, мерное гудение.

Где-то совсем недавно она видела что-то, связанное с такой внешностью… Где? Что? С кем-то разговаривала? Она не помнила. Вероника повернулась и помахала Юльке рукой, и та замахала в ответ, забыв свои последние мысли.