– А ну заткнитесь! – крикнула Милана и бесстрашно бросилась вперед.

Остальные, словно только и ждали сигнала, ринулись за ней.

– Слишком поздно! – расхохоталась Алика.

Тяжелые двустворчатые двери кинотеатра с грохотом захлопнулись.

29. Непокорная дочь

Сидя на заднем сиденье отцовской машины, Серафима упорно молчала, хотя была полна самых дурных предчувствий. Значит, отец в курсе всего. И сдала ее эта гадина, мачеха Оксаны. Только этого не хватало. Сима была абсолютно уверена, что Платон не появится в Клыково раньше завтрашнего дня, но его планы, похоже, изменились. Теперь скандала точно не избежать. Отец тоже молчал, но это пока. Девушка понимала, что очень скоро последует взрыв.

Когда они подъехали к фамильному особняку Долмацких, Платон Евсеевич молча вышел из машины, громко хлопнув дверцей, и вошел в дом. Глубоко вздохнув, словно пловец перед прыжком в воду, Серафима поднялась на крыльцо и толкнула входную дверь.

Платон Долмацкий, скрестив руки на груди, стоял посреди тускло освещенной гостиной. Выражение его лица не предвещало ничего хорошего. Казалось, отец готов испепелить ее гневным взглядом. Он никогда не кричал на нее, но от его ледяного взгляда и тона шевелились волосы на голове.

– Итак, поговорим?

– Отец… – попыталась улыбнуться Серафима.

– Ты действительно нарушила мой приказ? Ты была в «Пандемониуме»? И лучше тебе не врать.

– Как давно ты приехал в Клыково?

– Где… ты… была? – повторил он свой вопрос.

– Я ночевала в академии. Думаю, ты уже и так это знаешь.

– После разговора со Зверевой я навел справки. Я не мог в это поверить, но охранники академии сообщили, что ты действительно пришла туда вечером, а ушла ранним утром. Ты нарушаешь мои запреты, Серафима. Хорошо, что хоть не лжешь. Просто не говоришь всей правды!

– Я не знаю, почему ты запрещаешь… – начала девушка.

– Молчать!

Серафима ошеломленно застыла.

– Я запретил тебе видеться с этим мальчишкой. Ты не послушалась меня. Мало того, ты еще отправилась к нему ночевать. А затем потащилась с ним на эту вечеринку! Тебе совершенно плевать на мое мнение?! На мое уважение и доверие к тебе?! Вся моя забота, все старания обеспечить тебе достойное и безбедное существование, все напрасно? Я больше не могу тебе доверять!

– Я люблю его! – вскинула голову Серафима.

– Всего лишь глупая детская влюбленность! Он тебя недостоин!

– Почему?!

– Ты ничего не знаешь о его семье! А я отлично знаю!

– Может, и со мной поделишься?

Платон Евсеевич осекся и хмуро взглянул на нее."

"– Есть вещи, о которых лучше не вспоминать, – тихо проговорил он.