Уборщик ответил ему на том же языке и ткнул большим пальцем в сторону «Джетты», видневшейся в половине квартала впереди, в плотном потоке транспорта.

Водитель кивнул и погнал «Лендровер» сквозь скопление автомобилей. «Джетта» резко свернула налево.

Изрыгая проклятия, водитель лавировал, бросая «Лендровер» из стороны в сторону, и наконец помчался налево вслед за «Джеттой», которая вновь свернула к западу на Цзюцзин Лю и почти сразу — на север, к Наньцзин Дун Лю.

Вновь выругавшись, водитель «Лендровера» попытался свернуть за ней, но ему перегородили дорогу. Уборщик заметил «Джетту» далеко впереди, потом она исчезла.

Водитель остановил «Лендровер» у начала Нанъцзин Дун Лю, там, где к югу отходила неприметная пешеходная дорожка. Уборщик выругался. Должно быть, китаец и американец с военной выправкой заметили его. «Джетта» въехала в этот переулок и затерялась в запутанном лабиринте улиц района.

* * *Два часа спустя Энди высадил Смита у второго кафе «Старбакс» и поехал в парк на Фисин Дун Лю, еще одной крупной улице неподалеку от реки в районе Наньши — в Старом Шанхае.

Первый «Старбакс» находился на Липпо Плаза на улице Хуайхай Чжун Лю. В кафетерии толпились как местные жители, так и приезжие с Запада; Смит и Энди не усмотрели там никакой связи с «Эмпресс» — ни в самом кафетерии, ни на прилегающих улицах, которые они обошли пешком, разглядывая таблички на дверях и приземистые здания магазинов и маленьких лавок.

Во втором «Старбаксе» было гораздо свободнее. Только китайцы сидели здесь за столиками либо заказывали кофе «на вынос». Большинство — в костюмах как китайских, так и западного покроя, и все они, по-видимому, спешили вернуться к своим рабочим столам.

Смит отнес свой второй за этот день двойной кофе к столику у окна рядом с входом. Кафетерий располагался в деловом квартале, именно этим объяснялось отсутствие иностранцев. Он был застроен четырех-, пяти— и шестиэтажными домами времен окончания колониальной эпохи, а также более высокими современными зданиями; были здесь и несколько сияющих стеклом и сталью небоскребов. Один из них стоял на противоположной стороне улицы. Смит присмотрелся к колонке бронзовых табличек у входной двери.

К нему подошел Энди:

— Я возьму себе кофе, и мы можем пройтись по улицам. Кто платит? Вы или я?

Смит протянул ему деньги. Когда шофер-переводчик вернулся, он поднялся на ноги:

— Сначала осмотрим здание напротив.

Взяв пластиковые стаканы с кофе, они протиснулись сквозь поток мотоциклов, автомобилей и автобусов с ловкостью, приобретенной на Манхэттене. Смит направился к табличкам у входа. Большинство из них были начертаны китайскими иероглифами, некоторые — латиницей по системе пиньинь.

Энди перевел Смиту надписи на табличках.