Когда юный офицер ушел, генеральный секретарь объяснил:

— Инцидент исчерпан. Капитан «Чжоу Эньлая» доложил о том, что экипажи его подводной лодки и американского фрегата «Джон Кроув» совместными усилиями задержали «Эмпресс». Было обнаружено много тонн запрещенных химикатов. Контрабанда уничтожена. Офицеры сухогруза взяты под стражу, и корабль возвращается в Шанхай в сопровождении американского судна.

В зале послышались одобрительные голоса.

— Положение было угрожающее, — заговорил Вэй Гао-фань, — но стоит ли позволять американскому фрегату сопровождать наше судно?

— Вероятно, капитан фрегата настаивал на этом, — любезным тоном произнес генеральный секретарь. — Обстоятельства сложились так, что мы вряд ли могли возразить. — Он перевел взгляд на генерал Чу Куайжуна, сидевшего у дальнего торца стола, и его глаза, прятавшиеся за толстыми линзами очков, превратились в крохотные каменные точки.

— Как такое могло случиться, генерал Чу? Столь опасное противозаконное предприятие, осуществляемое нашими согражданами буквально у нас под носом?

— Вероятно, на этот вопрос должен ответить я, товарищ секретарь, — сказал Ню Цзяньсин.

— Мы не обязаны отвечать за промахи спецслужб, — сердитым тоном перебил его Вэй Гаофань.

Ню даже не посмотрел на него и заговорил, обращаясь ко всем присутствующим:

— По всей видимости, наш коллега Вэй хотел бы переложить ответственность на тех людей, которым труднее всего защитить себя.

— Протестую! — воскликнул Вэй.

Генеральный секретарь велел ему умолкнуть.

— Если у вас есть объяснения, Цзяньсин, мы слушаем.

— Есть, — негромко сказал Ню. — Простое объяснение, которое базируется на нескольких факторах. Слабохарактерный бизнесмен, алчность, которую неизменно вызывает экономика свободного рынка, заговор нескольких западных корпораций, а также коррумпированность и самонадеянность одного из членов Постоянного комитета.

Как только Филин произнес последние слова, в зале воцарилась напряженная тишина. Потом раздались гневные протестующие крики, вопросы, обращенные к самому Ню.

Лицо Вэй Гаофаня исказила гримаса ярости:

— Ваше высказывание граничит с изменой, Цзяньсин! Я ставлю на голосование вопрос о доверии!

— Кого из нас вы обвиняете? — требовательно осведомился Ши Цзинну.

— Это немыслимо! — воскликнул кто-то из молодых членов комитета.

— Но, может быть, Цзяньсин сумеет подтвердить свои обвинения? — невозмутимо произнес генеральный секретарь.

В зале мгновенно установилась тишина. Все обратились в слух.

— Не верю своим ушам, — пробормотал кто-то.

— Уж поверьте, — проронил генерал Чу, перекатывая в тонких губах незажженную сигару.

Ню оттолкнулся от стола, подошел к двери, открыл ее и сделал приглашающий жест.