По приезде боярин велел запалить лучины, принести бочонок меда и выгнал прочь всех, кроме своих ближников и племянника.

– Ну что делать будем, от милости князя, Дыба? – обратился он к смуглому густобровому мужу, носившему кольцо в ухе.

– Убить их всех надо, батька, пока не обустроились и не укрепились.

– А, умный какой, видал, какое у них оружие?

– У троих только."

"– Одного такого на десятерых таких хватит…

Дыба смущенно замолчал.

– Значит, надо много народа собрать, – сделал вывод боярин и воздел палец к закопченному потолку, победоносно ухмыльнувшись. – Нас здесь пятеро, четверых я еще из причала позову. Барадай?

– Я из деревни могу десяток охотников.

– Смерды, ну да пригодятся лучниками.

– Дядька, а как же, ну как князь прознает, – подал голос Гаврош.

– Да плевать князь хотел, если татя какого-то, который на его людей руку поднял, убьют. А посадник, ему только пиво дуть и на коне красоваться, да девкам под подол лазить… Сам думаешь, что нам делать?

– Я бы мог…

– Кроме того, что ты выйдешь на поединок и умрешь, как отец твой! – Деян грохнул кружку о стол.

– Я думаю, лучников нужно побольше набрать, – отведя взгляд, пробубнил Гаврош.

– Это правильно говоришь.

– Можно на капище послать, к детям сварожьим, Воислав мало того, что варяг, так еще христианин, они нашей задумке обрадуются! – предложил Барадай и отчаянно зачесал редкую бороду, разгоняя вшей.

– Тю, я слышал, этих самых сварожьих детей варяги побили прошлым летом, осмелятся ли, – сказал один из ближников.

– Жаль, Шишкоеда ребятишек сейчас не дозваться, – мечтательно сказал Дыба.

– Пошел хряку под хвост, чур его от меня, он с ведьмой какой-то связался, без ведовства управимся, – отрезал боярин, – ты лучше вот что, сходи на торг да поищи охотников для нашего дела, сам знаешь, к кому подходить. Только хороших ребят бери, чтоб с доспехами и оружные. Если лучник хороший будет, тоже зови. – Деян посмотрел на Гавроша. – Видишь, я слушаю тебя, племяш.

– Боярин, боярин! – За толстой шкурой скрипнула дверь, из-за нее показалась девичья ладонь, поскреблась об косяк.

– Ну чего тебе, дура! Я же сказал, не мешать…

– Там пришли к тебе.

– Кто?!

– Ведунья.

Над столом повисло молчание.

– Вот ведь помянешь… ну чего ей надо?

– Говорит, может помочь в твоем деле.

Деян задумался, потрогал огонек лучины, обратился к предкам за помощью и сказал:

– Ну, зови.

Кожаный полог отодвинула рука в дерюжном рукаве, в комнату по-хозяйски вошла ведунья. Все семеро мужчин сразу почувствовали себя чужими в своем доме, и это воины перед бабой! Ведунья неторопливо оглядела всех сидящих единственным глазом, второй был полностью скрыт то ли седой, то ли пыльной челкой.