С Леонидом, вообще, близость была исключительно традиционной. Консервативной. — Пора бы уже привыкнуть, что все мои «первые разы» принадлежат…только тебе!

Дерзко вздернула носик, пытаясь скрыть мучительную дрожь во всем теле. Но, он заметил. Замер в нерешительности.

— Серьезно?

— Да!

— Хочешь сказать, его члену не досталось твоего сладкого ротика?

— Вообще-то, и твоему не досталось!

— Вообще-то, я планирую это исправить!

— Что, прямо сей…час? Я…я не знаю как. Учти! Я не умею. Я…

— Нет. Не прямо сейчас."

"Настроение Германа стремительно наращивало обороты, в то время как Лера готовилась к худшему.

Девушка прекрасно помнила, через что прошла, отдавая ему себя впервые. История повторялась. Он вновь лишал ее девственности. Только уже другой.

— Чего трясешься?

— Боюсь.

— Меня?

Отрицательно замотала головой:

— Боли.

— Расслабься. — Медленно и очень чувственно, погрузил в лоно девушки средний палец, увлажняя. А после вернулся к исходной цели, тщательно смазывая ее заднее отверстие. — Я буду нежен. Очень-очень нежен!

Со свистом втянула в себя воздух.

— Веришь?

Лера кивнула. Верила, что постарается. Не верила, что все пройдет гладко.

Страх делал свое черное дело. Да и ее мужчина был слишком возбужден.

— Ты сейчас малость не в себе…но, — затараторила сбивчиво, — если действительно этого желаешь…

Дрожащими пальцами обхватила его стальную эрекцию, и решительно направила головку к своему тугому входу:

— Я потерплю.

Обычные слова. Обычная интонация. Только вот, Герман дернулся, словно она ему кислоту в лицо плесканула.

— Права, мелкая. Не в себе! — Сипло. Едва различимо. — Не представляешь, как велико сейчас мое желание…порвать тебя.

— Герман…

— В следующий раз я побываю везде.

Но, не так. Не так!

Отстранившись, Давыдов уселся на край кровати, и, запрокинув голову назад, уставился в потолок. Подтянув колени к груди, приняла сидячее положение и Лера.

— Уверен?

— Нет. Ты не подготовлена. — Послышалось тихое бормотание. — А у меня…не хватит выдержки. Больно сделаю, Лера. Очень больно.

Душа защемила от безграничной нежности. Прослезилась, не имея возможности справиться с эмоциями.

— Спасибо! — Проворно забралась к нему на колени, привлекая внимание. — Знаешь…

Давыдов побледнел, с ужасом разглядывая девичью грудь.

— Это что такое?

— Где?

— Я…сделал?

Опустила взгляд ниже, и изумленно охнула. На нежной коже, на упругих полушариях не осталось живого места. Сплошь укусы, синие следы от пальцев, и крупные засосы. Странно. Боли девушка не ощущала.

— Ну, да! — Обыденно пожала плечами, намекая, что ничего ужасного не произошло. — Не смертельно. Похожу недельку в закрытых блузках.

— Господи, Лера!

Он сгреб ее в охапку, крепко прижимая к себе. Сильно. За каждый новый глоток воздуха приходилось бороться.