– Или забыл, варяг, что Владимир по крови наполовину наш – полянин?

– Кто по крови Владимир, меня мало волнует, главное, что он варяг и кланяется Перуну, смерд, – надменно бросил Клек и потерял интерес к разговору.

– Об этом ещё успеете поговорить, сначала я с ним закончу. Узнаёшь меня, Кумарь?

– Нет, – честно сказал охотник, судя по его виду, он не испугался Данилы, ни даже того, что при нём был меч.

– Как, неужели не помнишь? Год назад один чужак троих ваших рыбаков раскидал, а потом ты его исподтишка стрелой в голову оглушил и продал! Он ещё один раз от вас удрать попытался.

– Ах, вот оно что, – в глазах Кумаря мелькнуло понимание. – Так вот кто ты. Да, заматерел ты, чужак, меч где-то раздобыл. Зачем сюда-то пришёл?

Данила подавил желание выхватить этот самый меч и разрубить наглого охотника напополам прямо сейчас."

"– Ты меня оскорбил, ты меня взял в рабство, а я был свободный человек. Не спорь, – обережник остановил Кумаря, зная, что тот может возразить, причём на вполне законных основаниях. – Но я, как уже сказал, не хочу с тебя брать долг ни кровью, ни серебром. Окажи мне услугу – и разойдёмся.

– И что же за услуга тебе нужна?

– Неподалёку от вашей деревеньки есть место…особенное. Отведи меня туда, и мы будем в расчёте.

– Не понимаю, о чём ты, – пожал плечами охотник.

Но по лицу его Данила понял: знает он, гад такой, нужное место, только не хочет идти навстречу. Неужто станет рисковать всем своим родом?

– Слышь, охотник, вижу, что знаешь. И зря молчишь, беду на свой дом наводишь.

– Пока что это вы привели в мой дом беду, нарушили законы княжьи и божьи, кары вам не миновать.

– Надоел ты мне, охотник, так что сделаем так, – вздохнул Молодцов, – устроим поединок.

Чья возьмёт – того и Правда. Я одержу верх, ты меня на то место отведёшь. Ты – мои друзья уйдут и не причинят никому вреда здесь. Годится?

– Годится. Богов в свидетели призовём, что всё сказанное тобой будет исполнено. И пусть варяги тоже Перуном поклянутся, что ими будет всё выполнено, как ты сказал.

– Как скажешь.

Шибрида и Клек принесли клятвы, Кумарь поклялся Велесом, а Данила вытащил крест из-под куртки и на нём поклялся, что никакого обмана не будет. Бой начали сразу.

Молодцову не хотелось убивать Кумаря, понравился ему этот самоуверенный наглец. Но раз так сложилось, ничего не поделаешь – драться надо во всю силу. Начал Данила с полюбившейся ему связки: прямой выпад мечом в лицо, резкий увод назад и укол в ноги. Охотник отскочил. Данила догнал его ударом щита, обошёл справа, ударил мечом снизу. Кумарь успел блокировать, махнул в ответ секирой, показал, что будет бить сверху, но в последний момент изменил направление – ударил сбоку. Молодцов еле успел подставить щит.