Баранов, разрубив на несколько частей, запекли на вертелах над кострами и поделили между воинами. Мясо плохо пропеклось и пропахло дымом, но мы с утра не ели, так что с жадностью набрасываемся на него. Я по привычке, перенятой у кочевников, отрезаю куски ножом перед губами. Болгары и русичи режут мясо на мелкие куски на тарелке или рвут руками.

— У половцев научился? — спрашивает болгарский царь, который так не умеет.

— У аланов, — отвечаю я. — Командовал отрядом аланов у Ласкариса.

— Говорят, он создал сильное государство, — закидывает Иван Асень.

Я понимаю, к чему он клонит, и начинаю рассказывать, что такое централизованное государство, регулярная армия, налоговая система, предпринимательство и торговля, церковь и просвещение.

Объясняю, кому надо свернуть головы, а кого поощрить, чтобы создать сильное царство. Заодно просвещаю на счет богумилов — болгарских антисистемщиков, — которых он привечает:

— Я понимаю твое желание быть независимым от Константинопольского патриарха и Папы Римского, но с этими ребятами ты попадешь прямехонько в ад. Хочешь быть независимым, заведи собственного патриарха, который будет служить только тебе, и держи его в узде, не давай набрать силу, иначе будешь иметь те же проблемы, что и латинские государи.

Но сначала создай армию, дисциплинированную, хорошо обученную и вооруженную. Кто силен, у того и патриарх.

А патриарх у болгар будет, как и у русичей. Это я точно знаю. Только не помню, при каких царях они появятся.

Подходит один из помощников Ивана Асеня и докладывает, что появились первые перебежчики. Это в основном болгары, проживающие в окрестностях Адрианополя.

— Отобранные стрелы и арбалетные болты складывайте отдельно, — приказываю я.

 — Они нам пригодятся сегодня ночью.

— Все-таки нападем на них? — спрашивает царь Иван Асень.

— Зачем?! — произнес я. — Пусть латиняне и ромеи нападают друг на друга, а мы трофеи соберем.

Во второй половине ночи два наших отряда выдвигаются на исходную позицию. Я веду лучников и арбалетчиков, царь Болгарии — копейщиков. Луна зашла, стало темно. Воины часто спотыкаются, пересекая межи, сложенные из небольших камней. Я не боюсь, что шум привлечет внимание противника. Всю ночь наши только тем и занимались, что привлекали внимание, не давали врагу расслабиться.

Уверен, что латиняне выставили усиленные караулы, а те, кто спит, делают это в полглаза, облаченные в доспехи, чтобы сразу вскочить на ноги и вступить в бой. Если прочитали подметное письмо, то союзников опасаются не меньше, чем нас. Ромеи, как сообщили перебежчики, в большинстве своем спят безмятежно. Они поверили, что мы выпустим их живыми. Всего лишь надеются сберечь оружие и доспехи, если удастся вырваться. И то, и другое куплено на свои кровные. Жалко потерять.