— Четыре золотых — раз! Четыре золотых — два! — Ведущий сделал паузу, надеясь, что кто-то ещё решится перебить ставку. Наконец-то он крикнул: — Четыре золотых — ТРИ! Песчаный муравей продан этому юноше.

Меня никто не знал, но это не мешало людям крикнуть поздравления или одобрительно кивнуть, встретившись со мной взглядом.

— Ваше сиятельство, — обратился ко мне Филипп, — куда прикажете доставить Ваше приобретение? — Не успел я хоть что-то произнести, как торгаш продолжил. — Так же я могу порекомендовать Вам своих знакомых, что очень быстро построят вольер. Правда, для установки чар на укрепление Вам придётся обращаться к кому-то ещё.

— Этого не понадобится, — ответил я, направляясь в сторону клетки. — Инвентарь, — тихо прошептал я. Оттуда я призвал проклятый нож ненависти, и муравей, словно почувствовав, что я собираюсь делать, бешено начал метаться по клетке. Я подбросил нож, пробуя как он лежит в руке, и найдя баланс, метнул его точно в шейное сочленение. Шкала жизни, что была над муравьём, исчезла в ту же секунду, после чего муравей повалился на пол.

Вокруг повисла тишина. Народ никак не ожидал, что я возьму и просто убью столь дорогостоящую покупку. В их головах не укладывалась логика моих действий.

— Зачем? — крикнул кто-то из толпы.

— Потому что он монстр! — я ждал этого вопроса. И не повышая голос начал отвечать. Меня слушали и старались издавать как можно меньше шума. — У меня дома твари Пустоши — это враг. Беспощадный и безжалостный. Такие, как он, — показал я на тело муравья, — должны истребляться, но никак не становиться домашними игрушками. И на мой взгляд нужно хвастаться не тем, какой монстр у вас живёт, а тем сколько вы их убили!

— А сколько убил ты сам? — вдруг крикнул толстяк. Его лицо, заплывшее жиром, не давало определить сколько ему лет, однако не думаю, что он был намного старше меня.

— Это князь Андер Арес, третий наследник рода Арес, — вмешался в разговор Филипп. — Меньше месяца назад он и его родственники в конной сшибке разбили войско нежити! — Толстяк бросил сердитый взгляд на Филиппа и, сплюнув на пол, начал проталкиваться сквозь толпу на выход. Он хотел привлечь к себе внимание, но получил не то, на что рассчитывал.

От меня не укрылось, что фиолетовый фонарик снова дал о себе знать. Но я не спешил смотреть что там. А когда услышал слова, произнесенные женским голосом, вообще про него позабыл.

— Ой, смотрите! Там что-то светится!

Я повернулся в сторону клетки и под лапой муравья увидел зелёное свечение.

— Открывайте решётку, — приказным тоном сказал я. Стоящие на карауле воины не стали медлить. Муравей был мой, убил его я. По всем писанным и не писанным законам трофей принадлежал мне."

"— Только посмотрите! — оживился ведущий.