Ему понравились напористость и бесстрашие Пахома. Когда Пахом проходил мимо, офицер остановил его, и внимательно оглядев с головы до ног, задал один вопрос:

– В десант пойдёшь?

– Отчего же не пойти, пойду! – ответил Пахом и шмыгнул разбитым носом. Так Пахом и ещё два десятка призывников попали в сержантскую «учебку»[13].

Тот, кто служил, знает, что тяжелей «учебки» в армии только дисбат. Всё, чем пугали пацанов на гражданке – всё это есть в «учебке».

Прослужив пару месяцев, Пахом понял: самое страшное – не многокилометровые кроссы по пересечённой местности, не прыжок с парашютом на ночной лес и даже не «дедовщина». Страшно, когда всё по Уставу. В «учебке» всё было по Уставу. Сержантские «лычки» зарабатывались кровью и потом. Пахом знал, что через полгода их выпуск отправят в Афганистан, но даже это его не пугало. Он был согласен и на Афган, и на Новую Землю, и на Талды-Курган, лишь бы поскорей вырваться из ненавистной «учебки». Но расстаться с «учебкой» ему не дали. В мае, накануне очередного прибытия курсантов, его вызвал ротный и без долгих предисловий предложил остаться в «учебке» на должности заместителя командира взвода. В армии на предложение старшего по званию принято отвечать согласием. Пахом согласился. Кроме того, сама мысль о том, что он остаётся в «учебке» сержантом, приятно согревала его курсантскую душу. Сержант в «учебке» – царь и бог! Ему принадлежат курсантские тела и души. От него зависит, будешь ли ты жить по распорядку или по Уставу с большой буквы «У». Если по Уставу – пиши пропало!

По Уставу – это значит, что за нарядом по кухне последует наряд в автопарке, потом караул, а после караула – наряд в гарнизонном патруле. Наряды будут чередоваться с небольшими перерывами на сон, строевую подготовку и разгрузку цемента. Через месяц такой службы солдат впадает в прострацию, поэтому задавать ему самый популярный в армии вопрос «Сколько дней до дембеля?», просто не рекомендуется.

В армии Пахом научился многому. На занятиях по рукопашному бою его били и безжалостно швыряли на маты, а иногда и мимо. Зато Пахом научился держать удар и не бояться боли. На стрелковой подготовке его заставляли разбирать, собирать оружие и стрелять до мозолей на указательном пальце. Благодаря этому Пахом владел всеми видами стрелкового оружия, стоящего на вооружении в ВДВ.

Его учили прыгать с парашютом, и Пахом уверенно, без страха выпрыгнул из брюха самолёта навстречу прекрасной и одновременно пугающей, стремительно приближающейся земле. Страх пришёл позже, когда Пахом в поле собирал парашют и с удивлением поглядывал в голубую высь.

После первого прыжка Пахом уяснил простую, но очень важную истину: надо твёрдо верить в себя и в успех предприятия, даже если это прыжок через пропасть.