Друзья-мошенники зашли в бар не сразу: идти на поводу у «лоха» не позволяло самолюбие, но золотой самородок сделал своё дело. После третьей стопки ледяной водки разговор пошёл легче.

– Я на вас не в обиде, – примирительно произнёс Жорка.

– Ещё бы тебе обижаться! – не преминул встрять Шершавый.

– Я понимаю, что «лохов обувать» – это ваш скромный бизнес, – продолжил Карась, пропустив ехидное замечание Шершавого мимо ушей. – Каждый зарабатывает на хлеб, как может…

– Ты нас что, сюда для разговора по душам вызвал? – раздражённо перебил Шершавый. – Если так, то нечего «порожняк гонять»! Срубил «бабки» по-лёгкому, ну и вали к себе в Урюпинск.

– В Урюпинске золотишко не моют. Товарищ приехал к нам либо из солнечного Магадана, либо с берегов Енисея. Я прав? – обратился Шрэк к Жорке.

– Почти, – согласился Карась, опрокидывая в рот очередную рюмку «Столичной».

– И много там таких жёлтеньких сувениров? – с равнодушным видом поинтересовался Шрэк.

– Для того, чтобы начать серьёзный бизнес, достаточно.

– От нас-то что надо? – встрял Шершавый, который не мог простить Жорке поражение.

– Вы ребята столичные, среди деловых вращаетесь, вот и сведите меня с серьёзными людьми. Не бесплатно, конечно. Цену можете назначить сами, только надо всё организовать шустро. Мне здесь «светиться» не резон.

– А что, на Петровке тебе командировку продлить не могут? – ехидно уточнил Шершавый."

"– Остынь! – повысил голос Шрэк, и Шершавый недовольно замолчал. – Понимаешь, корешок, ты для нас чужой. Я так понимаю, что за тебя слово замолвить здесь некому. Так как же мы тебя серьёзным людям можем рекомендовать?

– Мне крыть нечем: ваша правда! – согласился Жорка. – Разговор у нас какой-то беспредметный получается, но я всё же рискну. Давайте сделаем так: ровно через два дня я в это же время буду в этом баре, и если вы что-то надумаете, то подойдёте ко мне сами, а если нет, можете сделать вид, что мы с вами незнакомы. Я не обижусь. Самородок в любом случае можете оставить себе. Это вам плата… за консультацию!

Шрэк, немного помедлив, утвердительно кивнул и, допив остатки водки, вместе с напарником покинул бар.

Через два дня Шрэк первый подошёл к Жорке, который с независимым видом сидел за стойкой и потягивал мутный кроваво-красный коктейль.

– Что пьём? – вместо приветствия спросил Шрэк.

– Какую-то бурду, – откликнулся Жорка. – Хотя бармен утверждает, что это «Кровавая Мэри».

– Я тут подумал над твоим предложением, и решил, что нам для начала серьёзного разговора надо познакомиться поближе. Тебя как зовут?

– Зовите Георгием.

– Ну а моё «погоняло» Шрэк, так и зови, я к нему привык. Напарника моего кличут Шершавым.