Сегодня весь этот вонючий зал буквально сочился злостью и жестокостью. Вряд ли ты ничего не ощущала. Готова побиться об заклад всем, что при мне: ощущала.

Ну что она прицепилась к этой девице? Та не виновата. Никто не учил подавальщицу искусству самозащиты.

Подавальщица закрыла лицо руками, понурила плечи. «Что, дождалась? – раздраженно подумала Селена. – Сейчас разревется».

Но она ошиблась. Глаза подавальщицы оставались сухими. Она несколько раз глубоко вдохнула, потом опустила руки, сказав:

– Вы все-таки позвольте мне промыть и перевязать вашу рану."

"Селена сразу уловила перемену в ее голосе. Он звучал сильнее, увереннее.

– Если рана воспалится, недолго и руку потерять.

Эта перемена в поведении подавальщицы несколько заинтересовала Селену. Она согласилась на предложение девицы. Три трупа, оставшиеся в переулке, ее не волновали. Похоже, здесь трупы вообще не волновали никого, кроме крыс и хищных птиц.

Глава 4

Ириана привела незнакомку в свою каморку под лестницей. Идти наверх она побаивалась. Вдруг убежавший наемник вернулся и подкарауливает их на втором этаже? Ириана не сомневалась, что незнакомка и его убила бы за считаные секунды. Но сегодня ей больше не хотелось видеть сражения, кровь и трупы. Стойкость ее характера имела пределы. А еще… Ириана побаивалась оставаться в той комнате наедине со странной не то женщиной, не то девушкой.

Усадив незнакомку на скрипучую койку, Ириана отправилась за водой и бинтами. Когда Нолан увидит, что бинтов стало меньше, непременно вычтет из ее жалованья. Но сейчас Ириану это не беспокоило. Незнакомка спасла ей жизнь. Позаботиться о раненой руке – самое малое, что Ириана могла сделать в ответ.

Вернувшись, она едва не уронила обе миски с горячей водой. Незнакомка успела снять плащ и камзол. Ириана не знала, что из увиденного поразило ее сильнее.

Рассмотрев лицо незнакомки, Ириана поняла: та года на два, если не на три моложе ее. Но поведением и манерой говорить она напоминала зрелую женщину.

Незнакомка оказалась еще и красивой: с золотистыми волосами и глазами редкого бирюзового цвета, сверкающими даже при тусклом пламени единственной свечи. Ее лицо было бы еще красивее, если бы не следы многочисленных ссадин. Под глазом темнел синяк. Когда он только появился, опухоль наверняка мешала смотреть.

Как и там, в зале, незнакомка сидела неподвижно и, словно кошка, следила за движениями Ирианы. Ириана понимала: она не вправе задавать незнакомке вопросы. Особенно когда эта золотоволосая девушка с легкостью оборвала жизни троих наемников. Хотя боги не спасли мать Ирианы, она продолжала в них верить.