Он мастерски, очень мастерски играл свою роль.

Они состязались – кто раньше осушит внушительную кружку эля. Рульф управился первым. Он шумно поставил посудину на стол и рукавом вытер мокрый от эля рот. Толпа зрителей, наблюдавшая за ними, приветственно заревела. Селена усмехнулась. Из-под маски безостановочно текли ручейки пота. В таверне, как и везде на этом острове, было нестерпимо жарко. К духоте примешивался хмельной запах эля и крепкий аромат немытых пиратских тел. Тем и другим пахло отовсюду, из каждой щели и трещины."

"Таверна была набита под завязку. Сквозь общий гул время от времени прорывались звуки музыки. В углу, возле очага, трое музыкантов – лютня, скрипка и тамбурин – наяривали любимые песни пиратов. Слушатели кидали музыкантам мелкие монеты. Рядом кто-то вдохновенно врал, рассказывая историю своих пиратских подвигов. Но посетителями таверны были не только пираты. Сюда же, привлеченные дармовой выпивкой, стеклись крестьяне из окрестных деревень, ремесленный люд и личности непонятного вида и рода занятий. Желавшие напиться в основном уже осуществили свое желание. Желавшие поймать удачу за хвост резались в карты и кости. По залу фланировали местные шлюхи. Некоторым из них удавалось задержаться на чьих-то коленях.

Рульф с ухмылкой следил, как Саэм делает последние глотки. Если бы Саэм действительно влил в себя такое безумное количество эля, он бы сейчас валялся под столом, куда и шла львиная доля содержимого кружек: Саэм очень кстати заприметил дыру в половице. Луж на столе и под столом никто не замечал.

Предводитель пиратов наслаждался победой.

– Мне против тебя не выстоять, – польстил ему Саэм.

– Почему ты так рано сдаешься? – притворно удивилась Селена. – Рульф, дай ему шанс отыграться, – попросила она и жестом подозвала подавальщицу.

– Вот такой ты мне нравишься гораздо больше, – осклабился Рульф. – А когда про дела говорили – зануда занудой. Да еще и жгучая, как крапива.

– Это точно, – заговорщически подмигнул ему Саэм. – Я ее выдерживаю с большим трудом.

Селена пнула его. Чтобы не поморщиться от боли, Саэм смачно рыгнул. Рульф захохотал.

Явилась подавальщица с большим кувшином и наполнила кружки Рульфа и Саэма. Селена опустила ей в карман фартука медяк.

– Ну, так увижу ли я когда-нибудь лицо легендарной Селены Сардотин? – спросил Рульф, наклоняясь в ее сторону и водружая локти на липкий стол.

Часы, невозмутимо тикавшие в дальнем углу, показывали половину четвертого. До последнего этапа освобождения рабов оставалось совсем немного.

– Если ты поможешь нам с хозяином заработать столько денег, сколько ты называл, я покажу тебе свое лицо. Но не раньше, чем мы их получим.

Рульф задумчиво уставился на татуированную карту.