– У меня, кажется, есть немного мелких денег...

– Прекрати! Пока ты их найдешь, мы три раза успеем вокруг экватора объехать, а нам выходить на следующей!

– Большое спасибо, молодой человек! Если бы не ваша помощь, нас бы с позором высадили, а эти маршрутки так редко ходят!

Стасу стоило большого усилия убедить себя, что теплая Любина улыбка на прощание всего лишь дань вежливости, а не знак ее особого расположения к нему.

Пока маршрутка стояла на светофоре, Стас видел в окно, как женщины о чем-то спорили возле газетного киоска. Чуть сутулая, но в то же время подтянутая Люба осанкой напоминала волейболистку перед подачей мяча. Рядом с ней низкорослая тощая Зоя казалась еще меньше. Стас задумался, что может связывать столь милую женщину с таким карманным волкодавом, каким была его начальница.

Распределиться анестезиологом в отделение сосудистой хирургии, где властвовала Зоя Ивановна, считалось большим горем. Каждый год эту брешь затыкали самыми молодыми и беззащитными аспирантами, и при первой же возможности те сбегали оттуда с криками ужаса.

За Стаса заступиться было некому. Несмотря на звучную фамилию, аристократическую легкость фигуры, подбородок, как у Виндзоров, и очки в тонкой золотой оправе, происхождение он имел самое незамысловатое. Мама-воспитательница и папа-слесарь помогали ему только посылками из дома.

Зоя Ивановна, маленькая ухоженная женщина лет сорока, пыталась компенсировать недостаток роста высокой пышной прической и обувью на шпильках. Из-под ее белоснежного халата всегда выглядывала элегантная кружевная блузка с воротничком, непременно заколотым камеей.

Впрочем, образ тургеневской девушки бальзаковского возраста рассыпался в прах, стоило только Зое Ивановне открыть рот.

То и дело в клинике слышалось безапелляционное: «Не надо со мной спорить!», «Есть два мнения – мое и неправильное!» В общем, Зоя Ивановна, будучи женщиной и гражданским лицом, по части армейских замашек считалась в военно-медицинской академии безусловным лидером.

Когда Стас пришел к ней представляться, приняли его мрачновато.

– Садись. – Зоя Ивановна протянула руку, куда он поспешил вложить свое личное дело.

– Я ваш новый анестезиолог, аспирант второго года Грабовский, – представился Стас.

Зоя Ивановна хмыкнула:"

"– Надо же... Многообещающая фамилия для доктора. Тебе бы лучше в похоронный бизнес идти. И реклама готова: гробы от Гробовского!

– Я не через «о», а через «а», – обиделся Стас.

– Лишь бы не через «ж»! Ты хоть интубировать[1] умеешь, прелестное дитя?

– Естественно! Я с третьего курса самостоятельно наркозы даю!

Зоя Ивановна посмотрела на него с жалостью:

– Операции у меня большие и сложные. Твоя задача – удерживать гемодинамику, причем молча.