— Не смей отвешивать ей комплименты, предназначенные мне!

— Оно само вырвалось, без задней мысли.

— Еще хлеще!

— Почему?

— По кочану.

— Ну серьезно, из-за такой фигни...

— А наглаживать ее ноги — тоже фигня?

— Вот не надо, — ощетинился я. — Даже не начинай.

— Прямо на моих глазах, — выдавила она срывающимся голосом.

— Прямо на твоих глазах? — У меня вырвался мрачный смешок. — Мне не послышалось? Сидишь тут, задрав нос, и предъявляешь мне за общение с другой девчонкой, хотя сама каждый день милуешься со своим утырком.

— Ты не просто общался с Даниэлой. Ты с ней мутил!

— А ты не мутишь со своим бойфрендом? Или тебе можно, а мне нельзя?

— О боги! — простонала Моллой, закрыв лицо руками.

— Ты не понимаешь. Ни хрена ты не понимаешь!

— Чего не понимаю? — окончательно вызверился я. — И вообще, мне надоело слушать твой бред. — Я покачал головой и отвернулся, злющий сам на себя за то, что позволил ей залезть ко мне в душу. — Мы не встречаемся, Моллой. Нас ничего не связывает. Мы вообще друг другу никто. Уяснила? Никто.

— Да, мы никто. Мы чужие, — всхлипнула она. — Поэтому вперед, трахни Даниэлу с ее потрясными ножками и накладными патлами.

— А с чего ты взяла, что я ее уже не трахнул?

У Моллой перехватило дыхание, и я осознал, что перегнул палку.

— Прости, брякнул, не подумав, — начал я, но она не стала слушать.

А резко отодвинула стул, поднялась и направилась к выходу.

И даже не шарахнула на прощание дверью. Да, на сей раз я облажался по полной.

Уронив голову на парту, я обхватил руками затылок и глухо простонал:

— Твою мать!

И на том спасибо

1 февраля 2002 года

Ифа

Мистер Найен мог влепить мне выговор за самовольный уход.

Мог даже пригрозить исключением, но мне было глубоко насрать.

Я была готова понести любое наказание, только бы не возвращаться в класс, к нему.

Кое-как мне удалось добрести до парковки, где меня накрыло окончательно.

Обмякнув, я опустилась на землю и, спрятав лицо в ладонях, зарыдала, размазывая сопли.

Я его ненавидела.

Хотела ненавидеть.

Жаждала ненавидеть.

Но для начала нужно было его разлюбить...

— Ифа!

Знакомый голос заставил меня оцепенеть."

"Нет, нет, нет! Только не сейчас...

— Отвали.

— Что стряслось?

— Тебе же сказано: отвали.

Проигнорировав мое пожелание, Пол уселся напротив меня.

— Что стряслось?

— Ничего, — всхлипнула я, утирая слезы. — Все нормально.

— Он тебя обидел?

— Нет. — Я снова зашмыгала носом. — Я сама себя обидела.

— Как?

Влюбилась не в того.

— Не важно.

— Очень даже важно.

— Проехали.

— Ифа, поговори со мной.

— Не могу.

— Можешь.

— Тебе не понравится то, что я скажу, Пол.

— А ты рискни.

— Я запала на него, ясно? Запала!

Пол мгновенно напрягся:

— Джоуи?

Судорожно вздохнув, я кивнула и спрятала лицо в ладонях.