— Вот и молодец!

Вытаскивать Алису из ракушки, в которую, как я опасался, она опять спряталась, не пришлось. Музыка подействовала на нее волшебно. Глаза без всяких допингов стали пьяные, улыбочка — шкодной. Вот это моя девочка!"

"Мы танцевали и целовались, то слипаясь, то отстраняясь друг от друга. Обошли весь ангар снизу, попялившись на стриптизерш и стриптизеров, которые в стилизованных душевых кабинах намыливались цветной пеной и скользили своими прелестями по прозрачному стеклу. Ее горящий взгляд говорил мне, что она помнит наше утро в душевой. Ненадолго зависли рядом с расписным диджеем, наблюдая, как ловко он миксует трек.

Устроились у барной стойки.

— Два фирменных коктейля, — заказываю я.

— «Охотник», — комментирует бармен, ставя перед нами два небольших стаканчика с трубочками. — «Бакарди» и «Черный принц».

— Вау… — делаю я глоток. — Градусов тридцать! Осторожней, моя девочка. Нам льда еще, — киваю на стакан Алисы, и бармен досыпает туда колотый лед.

Болтая, мы уговариваем по «Охотнику», отрываемся потом на танцполе и двигаемся вверх, в вип-зону. Музыка там спокойнее и чувственнее, стриптизерши профессиональнее, а атмосфера — расслабленней.

Мы падаем на диваны, заказав кальян с мятой и по парочке «Мохито». Алкоголь бьет в голову, и мы слишком увлекаемся поцелуями. Официант гасит фонари над нашими диванами, уловив интим. Тяну Алису на себя, заставляя оседлать мои бедра.

— Хочу тебя… — шепчу я, заглядывая в пьяные глаза. — Прямо здесь хочу…

Засмеявшись мне в губы, она отрицательно качает головой.

— Мы тихонечко, — уговариваю ее. — И быстро… Нас никто не заметит…

— Ты озабоченный, Макс!

— Это ты виновата… Ну же…

— Нет, — пьяно смеется она.

— Ты всегда так говоришь! А потом… «О, Макс… Да, Макс…»

— Вот сволочь… — вцепляется она мне зубками в губу.

— Давай… — запускаю руку ей под юбку.

— При людях… Ни за что…

— Черт тебя дери… — гашу мучительный стон от давящей боли в паху. — Пойдем со мной…

Схватив за руку, утягиваю за собой в ближайший туалет. Он женский.

— Ты когда-нибудь трахалась в общественном… Да кого я спрашиваю!? — смеюсь я, опомнившись. Алиса с хохотом вырывается из моих рук.

— Ты пьяный!!

Хочу ее до умопомрачения! Под любопытные взгляды двух девушек у зеркала, затаскиваю Алиску в дальнюю кабинку и прижимаю к стенке.

— Тсс… — подмигиваю ей, задирая на пояс юбку. — Громко не кричи!

Подхватив ногу под коленом, устраиваю ее на крышке унитаза и дорываю между ног сетчатые колготки. Отодвинув в сторону перешеек трусиков, врезаюсь в нее. И снова этот сладкий вскрик…

Ах! Я люблю тебя, детка!

Мы такие пьяные и перевозбужденные… И что-то сладкое шепчем друг другу. И слишком громко ведем себя.