— «Предупреждать надо…» — отвечаю тоже невесело.

Да какая мне к черту разница? Это просто девушка. Да, красивая. Да, нравится. Очень! Но у нас случайные обстоятельства, вынуждающие к общению. Продолжения не будет. Через пару дней все это будет уже незначимо. «Привет-пока» — и все. Но внутри неприятно жжет ревностью. Мне хочется отмахнуться от этих неуместных ощущений, но они прилипли. И я сдаюсь, обескураженно позволяя себе чувствовать их. С каждой затяжкой я все пытаюсь свести концы с концами уже, может, и не в логичную, но хотя бы объяснимую историю. Но паззлы снова не складываются. Стягиваю с нее капюшон, чтобы видеть глаза. Вдруг там опять развлекаются ее веселые серые бесы. Но глаза задумчивые…

— Опять врешь? — с надеждой спрашиваю я.

Кивает, натягивая капюшон обратно на глаза. Не врет. Через минуту ее губы опять улыбаются.

— С незнакомым человеком можно стать кем угодно, правда, здорово?

— Я бы предпочел, чтобы ты была собой."

"— Собой? Я уже забыла, какая я. А вдруг я зануда?… Или патологический лжец? Или, допустим, меня нет вообще? Бывает же так, что человек устал от себя и вышел. А тело осталось, ходит такое, общается, действует… А человека нет.

Выбросив сигарету, я иду за штопором.

— Да, без бутылки с тобой не разберешься.

— Да со мной, в общем-то, и с бутылкой не разберешься.

Мой взгляд бродит по комнате. Нет, здесь она явно живет одна. Никаких признаков гипотетического мужчины нет. Кроме холодильника, забитого дорогими продуктами.

Звонок… Вдруг я вспоминаю, как она разговаривала с кем-то по телефону. Очень хочется расспросить, но это уже явный перебор.

Алиса идёт к холодильнику и задумчиво застывает перед полками.

— Чем будем закусывать? Может, что-то сладкое найдется?… Дор Блю будешь? Ананас? Только я их чистить не умею… Оливки… А вот и шоколад! — ее тон меняется на вдохновленный и радостный.

Оттепель? Из-за шоколада?! Надо запомнить…

— А хочешь черную икру? Терпеть ее не могу.

— Почему она тогда в твоем холодильнике?

Подхожу сзади, кладу руку на открытую дверцу. Вздрагивает от неожиданной близости. Я делаю это намеренно — перехожу личную границу. Мне интересна ее реакция.

Напряжена…

— Полезная, наверное. Разбирайся тут сам, ладно? — ныряет под мою руку и сбегает.

Сближение не предусматривается? Разве не твое это было решение, Макс? Я зависаю, слепо глядя в холодильник.

Сооружаю закуски, наливаю нам еще вина. Алиса колдует с «какой-нибудь интересной киношкой» у бука. Разваливаемся на диванчике, обложившись подушками. Естественно, на максимальной дистанции. На половине второй бутылки и половине фильма — вырубаемся.

Будит меня звук ее телефона, вибрирующего на столе. Алиса умиротворенно сопит, обняв подушку-кота.