Так они и ехали в полной тишине, под прицелом сидящего сзади бандита. Машина уверенно двигалась в южном направлении. Они миновали Кировский завод, выехали на Петергофское шоссе, свернули направо в сторону Сиверской.

Интересно, зачем их везут за город — чтобы похоронить? — невесело размышлял Максим. Такую возможность после случившегося с родителями он не исключал. Или у них там «малина» и они желают побеседовать в спокойной обстановке? В конце концов, из четырех ключей Максим добыл только один, вряд ли он приведет бандитов к сокровищам. За следующие три можно будет поторговаться.

Дурак. Какая торговля? — тут же обругал он себя. Несговорчивых они пытают. Он попытался поймать отражение Полины в оконном стекле. Бедная, зачем он только втянул ее в это? Сидела себе спокойно в библиотеке, никого не трогала. Он представил, что с ней могут сделать эти два бугая в случае его несговорчивости, и испытал приступ дурноты и злости. Нет, этого он допустить не сможет. Надо сделать все, чтобы они отпустили Полину. Это главное, а там уж как сложится. Провались эти Романовы со своим добром, если из-за него гибнуть приходится!

Полина с тоской смотрела в окно. Зачем и куда их везут? Почему им не завязали глаза? Бандиты не боятся показать, куда их везут, потому что хотят потом убить, или место, куда их везут, просто лес и никак не наведет на их след? Полина мечтала, чтобы их везли именно в лес. Допросили бы там, она бы выложила все, что знает, бандиты бросили бы их с Пановым на произвол судьбы, а сами уехали. На дворе поздняя весна, белые ночи, леса в Ленинградской области жидкие, все, что можно, давно вырубили браконьеры и вывезли в Финляндию, так что они с Пановым не заблудятся. Только бы их отпустили!

Но Полининым мечтам не дано было осуществиться. Машина долго петляла по каким-то дорогам среди красивых холмов, рощ, новых благоустроенных поселков, пока не свернула в старое, плотно застроенное садоводство. Полина едва не разревелась от страха и разочарования.

Сидящий за рулем бандит достал телефон и, набрав чей-то номер, коротко сообщил: «Мы подъезжаем».

— Слышь, заклей своему приятелю рот, — кинул он назад Полине скотч, — и себе потом тоже.

Полина подчинилась, а куда деваться. Пистолет неприятно тыкался ей в ребра, и она страшно радовалась, что на дороге практически не попадались кочки. А то вдруг бы пальнул. Когда машина въехала в поселок, им с Максимом натянули на головы шапки. Натянули до самого подбородка и велели не трогать.

— Ну, все. Вылезайте по одному, — велел водитель, когда машина остановилась, и сам он покинул салон. — Сперва девица.

Не успела Полина вылезти, как ее тут же подхватила чья-то сильная рука. Затем вылез из машины Максим. Его, видимо, тоже подхватили и потащили куда-то в дом.