Неужели Ракута ошибся? Даже если и так, то Ника ведь сам ощущал этот убийственный взгляд. Сам чувствовал угрозу исходившую от их носителя. Может стоит вернуться к Риссе и закончить начатое?

-Ника, что происходит? Зачем ты меня суда притащил? -Девушка уже оправилась от незавершенного секса и теперь ее шепот со злостью и свистом нарушил темную тишину.

-Детка, у нас вроде как проблемы… -Ника даже не знал, толком, что ей сказать. Описывать ей свои ощущения было глупо - все равно не поймет, да и пугать ее лишний раз не стоило.

17 глава 1 часть

Ника сразу ощутил перемену в атмосфере. Горячая, гудящая, она вдруг затихла и похолодала. У него возникло ощущение что он покрывается инеем, а запах, проникший через дверь, сладкий, противный и удушливый дал ему понять кто же был тем самым “Гостем”.

Рисса, сидевшая на полу, обиженно сопела и чертыхалась.

- Тихо! - Ника почти зашипел на нее, чувствуя как все тело, вместе со связками напряглось от ощущения близкой опасности. Кончики пальцев заныли и зачесались, а волоски на затылке поднялись. Девушка раздраженно содрогнулась, но замерла. Ника чувствовал ее желание задать очередной вопрос, он даже почти видел как сокращаются мышцы на ее лице от желания зло выругаться. - Тшш… Сиди тихо, не вставай, пока не скажу и не мешай. Ясно?

-Угу… - Рисса очередной раз дернулась, и снова принялась расчесывать пальцами волосы.

У Ники уже кружилась голова от смеси столь разных по своей природе запахов. Аромат Риссы, такой живой, цветочный, теплый и тонкий перемешивался со сладким, влажным и липким запахом смерти. Прелые одежды, сырое дерево, земля, пропитанная дождем и тошнотворный запах разлагающейся плоти, вместе с нотами дорогого парфюма и алкоголя - это вечный шлейф, сопровождающий вампира.

Все затихло, время как будто остановилось. Ника знал - они там, а они знали что он тут. Узнать их количество казалось невозможным - они не живые. Нельзя посчитать сердца, если они не бьются. Даже музыка совсем перестала пробиваться через щели, хотя представление определенно продолжалось. Рисса тоже что-то почувствовала, замерев у стены и оставив волосы в покое. Дыхание ее участилось, кровь быстрее побежала по венам, от чего запах приникающий из - за двери усилился, а сам Ника еще больше напрягся, ощущая одновременно и голод, желание сделать больно такой пугливой жертве и стремление погрузится во влажную глубину, стиснуть в своих руках хрупкие плечи, остановить дыхание поцелуем.

Боясь лишний раз сдвинуться, что бы не нарушить хлипкое выжидательно равновесие, Ника осторожно повернулся к двери. Поскольку пол был усыпан осколками разбитых банок, пластиковыми чашками, деревянными дощечками и прочим мусором, то подойти ближе ко входу, не создавая шума, было невозможно.