Прикрываясь тенями, он крался вдоль открытой веранды, приближаясь к черному входу. Ника чуть замешкался пред пятном света падающего из окна, думая как его обойти. В итоге плотно прижавшись к стене, он прошел этот сложный участок и оказался у двери.

Пока он остался незамеченным. Этому способствовала его темно серая одежда. Рубашка и брюки скрывали его в тенях, отлично маскируя. Мнение, что черная одежда лучше маскирует совершенно обманчиво. В слишком светлой тени черный силуэт тебя выдаст, в очень темной покажется пугающим провалом. Так что серый - это наилучший цвет для ночной маскировки. И Ника не раз убедился в этом на собственном опыте, и именно поэтому, узнав сегодня об убийстве Лукаса, оделся для визита в его дом именно в этот цвет.

Ника плечом толкнул дверь и тихо выматерился. Она была заперта. Выбивать ее будет много шума и тогда его точно заметят. Придется лезть через окно. Он вернулся к пятну света, и, подтянувшись, залез на подоконник. Комната оказалась одним из хозяйственных помещений и была заставлена ящиками, инструментами и прочей фигней. Никого не было видно, ни шороха не раздавалось. Тишина была такая, что давила на барабанные перепонки.

Услышав глухой удар в дверь, которая находилась как раз напротив окна, он по-кошачьи спрыгнул с подоконника и притаился за одним из ящиков. Когда никто не вошел, Ника насторожился и прислушался. Все звуки снова пропали, но тут его обоняние заметило перемену в обстановке. Запахло кровью. Старой кровью, с кислыми оттенками алкоголя и болезни. Осторожно пройдя к двери, он медленно надавил ручку и, прижимаясь к стене, одним толчком распахнул ее. Она ударилась о что-то мягкое и начала закрываться, но Ника успел проскочить. Он оказался в темном и пустом коридоре. Почти пустом. Предметом, который не позволил двери удариться о стену, оказалась часть головы. С обнаженных костей черепной коробки густо свисал мозг, с которого ритмично капала теплая кровь. Нижняя челюсть отсутствовала, как и один из двух голубых глаз. Их мертвый тусклый цвет был особенно заметен в бурой темноте. Тела вообще не было видно, только красная влажная масса равномерно покрывала пол и часть стены. Куски покрупнее медленно сползали, а те что поменьше крепко держались за крашеную поверхность, выпуская из себя лишь тонкие струйки крови. В большой и глубокой луже крови на полу правда виднелись мелкие обломки костей, которые как мясорубкой были перемолоты неизвестной силой."

"Рот Ники наполнился слюной. Такая теплая и свежая плоть заставила его пустой желудок заурчать, но он отвернулся. Выводы напрашивались сами собой. В тот момент, когда он сидел на окне и разглядывал комнату, прямо за дверью, совершенно бесшумно произошла быстрая расправа.