Вампир долго отбивался, делая вид что это не имеет никакого отношения к делу и вообще это старая история, которую он желал бы забыть. Оборотень ожидал что рассказ будет похожим на его собственный случай, по крайней мере он бы нисколько не удивился такому совпадению. Но, к его удивлению все оказалось куда более забавным, хотя Марсель бы с ним не согласился. А приключилось с нашим черноволосым другом вот что. В более юном возрасте, когда Марсель был вампиром 127 лет, случилось ему оказаться в окресностях Чикаго, тогда еще небольшим, но активно развивающемся городком, закопченным, грязным и пыльным, до жути похожим на десятки других, таких же наполненных всякой швалью и беглыми преступниками дивных местечек тогда еще весьма Дикого Запада. Не поладив с местным шерифом из-за какой-то девицы, Марсель оказался в городской тюрьме. Не имея никаких вампирских чар и не умея воздействовать на сознание человека и подчинять его себе, он был вынужден сидеть за решеткой, ожидая пока охрана куда-то отлучится и он сможет выбраться, выломав преграду или же раздвинув ржавые прутья. Тогда еще мир не знал о существовании вампиров, но, судя по всему, уже догадывался. И каждое явление на людях, не до конца убитая жертва, публичное проявление чар и прочие явно нечеловеческие штучки жестко карались вампирским начальством. Тогда считалось нормальным сжечь вампира или же выкинуть его на залитую солнцем улицу, устроив праздничный феерверк на глазах у восхищенной публики. Именно по этой причине Марсель и не мог просто так вырваться из своего плена. Даже имея силы разогнуть решетку, ему бы пришлось передушить половину тюрьмы, жители и служители которой наблюдали бы это шоу, что, естественно, вызвало бы пересуды и кривотолки. А это не пошло бы на пользу молодому вампиру."

"В итоге, он оказался заперт и ему оставалось лишь терпеливо ждать своего шанса. Шанс предоставился. На полуночном обходе, когда почти все люди погрузились в беспокойный сон, Марсель попытался поймать надзирателя, схватив его через прутья и прижав к себе. Ему удалось даже оглушить его и отобрать связку ключей, благодаря чему он смог просто выйти из камеры, немного провозившись с замком и в итоге разомкнув его. Но шум и возня разбудили людей в соседних камерах, которые подняли невообразимый шум, требуя, рыдая, умоляя и угрожая ему. Хотели они одного, того же что и он сам - свободы. Так он и понесся сопровождаемый шумом и воплями по тюремным коридорам, отбиваясь от цепляющихся за него рук и зубов. Марсель бы и ушел, если бы не заблудился в этой путанице из углов и поворотов и в итоге не натолкнулся на прибежавшею на шум охрану. Пока он оценивал как ему выбраться из этой передряги и уйти, никого не убив, его взяли на мушку и приказали остановится.