Лекари действительно покинули этот мир первыми, не справившись с отсутствием магии, так что назвать местного обороня этим волшебным словом у меня не получилось, а вот короткое «док» слетело с языка легко. Осмотр Маринки занял от силы минут пятнадцать: пощупали, покрутили, посвятили в глаза странного вида фонариком, заглянули в рот и…даже под хвост. Последнее далось доку не легко, из-за активного сопротивления оказавшейся стыдливой лисицы. Вердикт вынесли ещё быстрее. С изрядной долей скептицизма выслушала совсем не волшебное «переутомление», но отказываться от рекомендаций не стала. В общем, особого смысла в походе не было и зря я вытащила оборотня из постели. И чую второго я вытащу оттуда же. Судя по нити, Мейрис давно обосновался в своих покоях. Немного посомневавшись все же отправилась проверить шэса. Не было у меня доверия к этому засранцу. Такой, как он, и в форме лиса натворить дел может. И к сожалению, я не ошиблась.

Печально знакомая комната снова оказалась под охраной. Между прочим, стражу у кабинета князя я снова не заметила. То ли Ганс такой бесстрашный, то ли Мейрик параноик. Стража, кстати, тоже была печально знакомая, так что вошла я без проблем. Да и какие могут быть проблемы для той, что исцелила самого князя? Эта новость облетела дворец так быстро, что передо мной чуть ли не падали, вызывая досаду. Нехватка общения с шэсами с каждым таким падением становилась только сильнее. Только они относились ко мне, как к обычной девушке Алисе. Мысли о Рэйне с Келом становились все сильнее, а нить так и не радовала сокращением расстояния между нами."

"Но эти мысли быстро вылетели из головы, когда я увидела своего проблемного шэса в окружении слуг. Так и застыла, жадно хватая ртом воздух. Моему возмущению не было предела.

Несостоявшийся князь изволил готовиться ко сну.

Рядом с кроватью стояла большая посудина, в которой видимо купали лиса, валялись несколько полотенц, а на самой кровати… Я даже ущипнула себя, чтобы развеять мираж. Увы, реальность оказалась жестокой.

Ещё влажную шкурку тщательно расчёсывали две молоденькие лисички, а третья приводила в порядок когти, ловко орудуя пилочкой в руках. Причем если первые были довольны возложенной на них миссией, сладко нахваливая густой мех, то выражение лица третьей было настолько кислым, что даже я почувствовала кислинку во рту.

— И что здесь происходит? — кое-как справившись с собой поинтересовалась я.

Не то, чтобы я не понимала, скорее наоборот, но когда в душе погибает надежда на быстрое перевоспитание одной оборзевшей сволочи, хочется хоть немного выиграть время и успокоиться. Не истерику же закатывать.

Лис лениво приоткрыл один глаз и, клянусь, его пасть искривилась в подобии ухмылки.