Исключительно вежливо, но таким ледяным тоном, чтобы пробирало до костей.

- Риз всего-лишь выполняла мой приказ, - это заявление еще больше взбесило баронессу, но я невозмутимо продолжала говорить. - Это я попросила ее отправить кого-нибудь к воротам, чтобы ожидать прибытия гонца.

- Какого еще гонца?! - сквозь зубы возмутилась Долорес, сжимая и разжимая кулаки, но уже не так уверенно.

Словно на секунду в ее голове холодный расчет стал брать верх над эмоциями и желанием поквитаться с наглой служанкой.

- Королевского, конечно, - сказала я таким бесячим тоном, словно объясняла ребенку, как нехорошо какать в колготочки. - Который ищет невесту наследному принцу. Разве вы не слышали? Все королевство только об этом и говорит.

- Допустим, слышала, - буркнула баронесса. - Но Джаспер - мой слуга.

- А я - хозяйка Глассерхолла. И в этом замке есть только три категории: хозяева, гости и слуги. К какой категории вы относите себя, уважаемая?

Долорес поперхнулась. И не только она. Я видела какими испуганными и одновременно восхищенными глазами на меня смотрят служанки.

Баронесса вновь начала наливаться злостью

- Ах, ты!..

- Что здесь происходит? - прошелестел чей-то тихий голос.

Я обернулась, увидев очень худую женщину, с болезненным изможденным лицом. Моя сопровождающая тут же всплеснула руками:

- Леди Велена, зачем вы вышли? Вам нужно лежать!

- А то и происходит! - вновь завелась Долорес, стараясь не смотреть мне в лицо. - В этом доме все отбились от рук. Особенно наглая прислуга! Да и твоя дочь недалеко ушла от этой деревенщины. Ты слышала, как она со мной разговаривает?!

Следом за Веленой из комнаты выглянул и мальчик лет одиннадцати, с серьезными серыми глазами. Он был похож на мать, разве что не такой бледный и худой. Но было кое-что похуже… Передвигался мальчик на самодельной деревянной инвалидной коляске. По крайней мере это устройство напоминало что-то такое из моего мира.

- Сестренка! Ты выздоровела! - воскликнул паренек, так искренне и радостно улыбаясь мне, что на его лице разом проступили все веснушки.

- Мэт, вернись в комнату, - попросила леди Велена, а после тихо, но твердо приказала. - Не смей кричать на мою дочь, Долорес!

И почти тут же закашлялась, прикрывая рот платком, который от бесконечных стирок из белого давно стал серым. Когда женщина откашлялась, я заметила, как сквозь тонкую ткань проступила кровь.

Ого! Да у нее похоже что-то серьезное. Может быть туберкулез? Или какая-то местная легочная болезнь…

- Твоя дочь, ведет себя неподобающе, - вздернула подбородок Долорес, не желая отступать. - И если ты ничего не можешь с этим сделать, то я…

- Госпожа! Госпожа-а-а!.. - чей-то крик прервал наши препирательства.

Даг Хокинс хромал в нашу сторону со всей скоростью, на которую был способен.