Ты должен минимизировать риски и придерживаться выработанной мной концепции…

- Если кто-то что-то вякнет против Северуса или Рега, я… - в голос Главного прокрались знакомые каждому в министерстве рычащие нотки, но он вдруг передумал угрожать и неожиданно закончил: - Я просто уеду в Зимбабве эксгумировать врагов. А вы тут сами ловите преступников и убивайте Темных лордов.

- Гарри, но так нельзя! Общественность…

- Общественность слишком задолжала мне за тринадцать лет непрерывного риска, чтобы воспротивиться. Все будет окей, моя дорогая миссис Шеклболт. Прости, мне пора. Жду тебя в обед, а сейчас самое время напиться свежей крови моих неповоротливых подчиненных. Хочешь присутствовать?

- Ни в коем случае. У меня важный суд. Я и так…

- Адью, прекрасная маркиза."

"- Пижон, выпендрежник и совершенно, немыслимо безголовый, безответственный…

- Красавец, ученый и филантроп, - закончил за нее Поттер. – Последнее – только для узкого круга ценителей.

- Иди уже… филантроп. Смотри, не перестарайся с любовью к ближним. Кое-кто явно этого не одобрит, - Гермиона поняла, что сегодня с Гарри разговаривать бесполезно. Он готов проломить лбом очередную стену, совершенно не озаботившись поисками обходного пути. Но теперь она знала, кого привлечь в союзники. Закрывшись в своем кабинете, она вызвала Патронуса.

***

Дин Томас вообще-то любил и уважал Гарри Поттера. Он давно притерпелся и к его крутому нраву, и к перепадам настроения, и к тому, что при начальнике трудоголике у него почти не оставалось времени на семью. Но это было чем-то вообще из ряда вон. Сегодня Поттер превзошел себя. Проверив каждый закуток отдела, каждый лист пергамента на столах, он собрал большое совещание и осветил открывающиеся перспективы. Планов у него было – громадье, и касались они не только Конгресса, но и взаимоотношений с другими отделами и ведомствами, полевой работы, ведения оперативно-следственных мероприятий… Когда все эти идеи успели посетить буйную голову Главного, доподлинно было неизвестно, но, похоже, его подчиненным тем для обсуждения хватит на несколько недель.

И вот теперь он, первый заместитель Главного, глава отдела расследований, Дин Томас, двадцати девяти лет отроду, едва поспевал за стремительно летящим по коридору начальником. Они направлялись на административный этаж, и он заранее предчувствовал головную боль – горячий нрав Министра не позволял тому спокойно реагировать на все выходки Поттера, а потому скандал должен был разразиться знатный.

На искомом этаже оказалось очень многолюдно.