Он даже просил ее руки, но получил отказ. В свое время потенциальному жениху было указано, что дочь правителя может выйти замуж только за монаршую особу. Теперь же, в условиях реальной опасности подобные нюансы отходили на второй план, а пылкие чувства коварно использовали в грязной политической игре. Пообещав в случае успешной реализации плана руку Айлы, ларнийские агенты заручились поддержкой беспринципного молодого человека. Гизитская армия уже сосредотачивалась на южных границах Лирии, вторжение должно было начаться со дня на день.

Лаат прибывал в панике, король находился на смертном одре. Но перед тем как он отправился в мир иной, валившийся с ног от усталости гонец принес единственную в то тяжкое время радостную весть. Самый опасный и яростный враг лирийского монарха был умерщвлен. Подосланные убийцы подрезали растяжки походного шатра, в котором отдыхал Коррин Чернобородый, и когда тот рухнул, они закололи барахтающегося в тяжелых путах гизитского правителя. Сложнейшая политическая интрига, нити которой вели в Лаат, увенчалась успехом.

Убийство Коррина Чернобородого внесло смуту в ряды гизитов. Планы вторжения в Ларнию были сорваны, а противостоящие друг другу кланы развернули ожесточенную борьбу за власть. Внутреннее единство, спаянное авторитетом убитого правителя, рассыпалось в одночасье. Неудивительно, что Лаат оказывал всевозможную финансовую и политическую поддержку Лингольду, на которого делалась главная ставка в Лаате. «Довеском» за победу, ему была обещана рука королевской дочери. Яростная борьба завершилась победой претендента, поддержанного ларнийским руководством.

"

"Новый правитель Алхана оказался неординарной личностью. Волевой, беспринципный, талантливый, доказавший неординарные полководческие способности во время схватки за трон, в пух и прах, разгромивший других конкурентов, он в то же время не был тупым рубакой, в отличие от Коррина Чернобородого. В свое время, будучи еще совсем молодым человеком Лингольд вместе с отцом посетил Пророческий Камень, священное для лирийцев место. Тогда жрецы напророчили юноше великое будущее, которое будет тесно переплетено с судьбой Лирии, но его руки будут по локоть в крови, а власть Лингольд получит только через убийство.

Достигнув безграничного величия, близкие люди отвернуться, и предадут его. Тогда эти пророчества были восприняты лишь с усмешкой, но молодому человеку они явно запали в душу. С малых лет Лингольд считал себя особенным, избранным Великим Гончим, главным богом всех народов ветра, для совершения великих деяний.