Его личность еще при жизни стала легендарной. Полководец, не потерпевший ни одного поражения, правитель, покоривший бесчисленное множество земель, реформатор, унифицировавший законы и внедривший единую систему мер и весов, устроитель, по приказу которого были отстроены города, проложены мосты и дороги, обустроены приюты для нищих. И Вершитель Запада, утопивший Белый Мильгард в крови. Все это был один человек, легендарный и противоречивый Лингольд Завоеватель.

Даже место погребения тела Вершителя осталось под покровом тайны. Зилаф утверждал, что душу отца забрал сам Сколт Четырехногий, спустившийся с небес в походный шатер под Цавенхом.

Доставив ее к Великому Гончему, Лингольд обрел бессмертие, став вторым после Сколта покровителем народов ветра.

Тело же великого воителя захоронили в хрустальном гробу в жерле затухшего вулкана, расположенного на вершине Хребта Черного Тура. Путники старались обойти стороной это место, где по слухам, бродили души неприкаянных воинов, продолжавших сражаться с невидимым противником, а при свете луны очертания скал обретали кроваво алый отблеск.

Вулкан, получивший название Сна Воителя, стал местом особого почитания для саррлинских правителей, считавших себя наследниками Лингольда Завоевателя, но для простых смертных эта вершина оставалась жутким местом, которое лучше обходить стороной.

Главными реликвиями саррлинских королей Зилаф сделал черное знамя с изображением ворона, обгладывающего человеческий череп и прямой, узкий, клинок четырехгранного сечения которым владел сам Лингольд. Меч Воителя стал неотъемлемым атрибутом власти династии Зилафов и символом их извечных претензий на титул Вершителей Запада.

А вот Железная корона, покрытая тринадцатью черными топазами, пропала бесследно. Хотя злые языки утверждали, что после того, как труп Лингольда обнаружили, один из приближенных попытался снять диадему, чтобы поживиться драгоценностями, но золотой обруч находящийся внутри не поддался. Стянуть с головы Железную корону так и не получилось, а вот неудавшегося вора сразила молния, во время непогоды, разыгравшейся сразу после смерти великого правителя.

Последним «приютом» Лингольда Завоевателя, стал небольшой клочок земли, расположенный неподалеку от Пророческого Камня.

Именно там был установлен кенотаф, надгробие Вершителя Запада с многозначительной эпитафией: «Добро и зло переплетения одной и той же нити», что как нельзя лучше характеризует личность этого незаурядного человека, оставившего заметный след в Хрониках Мильгарда.

Глава 32

Войны за окровавленное наследство продолжились. Айла Строптивая всюду пыталась найти поддержку против саррлинцев, и всюду получала отказ.