— Хорошо, пойдём.

— Постойте, — Сокол вышел из тени дерева и взял Лизавету за рукав.

— Что такое? — нахмурилась она.

— Вы хотите вступиться за девушку?

— Это, по сути, дети! Я их видела, обеих. В голове ветер, мозгов нет.

— Вы это делаете от широты души или по незнанию?

— О чём вы, причём тут душа? Повторю — это дети, что с них взять?

— А вот тут вы ошибаетесь. Жизнь взять можно у кого угодно, а девица, работавшая в кабаке, явно не ребёнок.

— Это вы ошибаетесь, — спокойно ответила Лизавета.

В бытность классным руководителем ей попортили изрядно крови две подружки Ира и Катя — обе не хотели учиться в выпускном классе, и вечно тусовались с парнями лет на пять-семь постарше, и случалось, что ночевали и у них, у одной после всё закончилось абортом с тяжёлыми осложнениями.

А по возрасту были такие же сопливки, как эти две. И в педколледже, где прошли пять лет Лизаветиной преподавательской картеры, тоже всякого хватало. И рожали на первом курсе, причём — приличные барышни, бывало и такое. Но ума им это не прибавляло ни на грамм. Нет, случаи были нечастыми, конечно, но от того легче не становилось.

— Пойдёмте, послушаю, что вы будете Астальдо говорить, — Сокол кивнул на ведущую к двери в дом тропинку.

Лис согласился выслушать Лизавету, кивнул ей на кресло. Соколу ничего не сказал, тот просто зашёл и сел. Аттилия осталась снаружи.

Лизавета рассказала историю и передала просьбу — разрешить девочкам остаться в обители и трудиться на благо Ордена. И добавила, что собственноручно отмоет их и сожжёт то, во что они сейчас одеты.

— Вы видели их, госпожа Элизабетта? Когда успели? — нахмурился Лис.

— Случайно и мельком, — делиться подробностями Лизавета не собиралась.

— И что в них такого особенного, чего ради я должен, нет, Орден должен вступать в конфликт с тайной службой Великого Герцога? Они маги, подобно их сестре?

— Нет, — покачала головой Лизавета.

— Они владеют каким-то редким ремеслом?

— Нет.

— Они грамотны, аккуратны и принесут пользу нашим переписчикам?

— Нет. Но они и не совершили никакого преступления. Не убили, не украли. За что их преследовать?

— Они оказали сопротивление Великому Герцогу, этого может оказаться достаточно, он этого не любит, — покачал головой Лис. — И я не уверен, что Магнус Амброджо или Магистр Ордена отнесутся к вашей идее благосклонно.

"

"Какой такой Магистр? Лизавета искренне считала, что главный тут Магнус Амброджо, а на него вроде Лис как-то может влиять. Но кто-то ещё?

В дверь суматошно застучали.

— Войдите, — велел Лис.

Брат Василио поклонился и доложил:

— Господин Астальдо, у храмовых ворот тайная служба Герцога. Хотят обыскать территорию.

— То есть — обыскать? — нахмурился Лис. — Ума лишились? Они сказали, что им надо?

— Сказали, что мы укрываем преступницу.