Увидев все эти побрякушки, пацан одобрительно кивнул, и сказал матери, что не просто так батю из командировок ждал. Полгода назад заезжал к вам в гости, твой сын записался на стрельбу и лёгкую атлетику. Насколько я помню, в секцию по ломанию лиц он записался ещё год назад.

– А мне не сказал – улыбнулся Барон – спасибо, Влад, порадовал.

– Ты не ответил на мой вопрос, я умер?

– Нет, Владушка, ты ещё жив. И мы прибыли сюда, чтобы это так и осталось.

– Поясни, а то начинаю ощущать ремни смирительной рубашки.

– Долго объяснять даже на пальцах. Вкратце могу сказать словами героя твоего любимого фильма: вы ходите по охуенно тонкому льду, друзья мои. Если взять немного шире, ты жив только благодаря очаровательной обладательнице кошачьих ушек, которая смогла стабилизировать твоё состояние. Скажу по секрету, она была готова поменяться с тобой местами, уйдя за грань, так что цени.

– Я всё ещё ощущаю смирительную рубашку. Барон, пожалей детскую психику оперативника главного развед. управления.

– Да я сам до сих пор не разобрался до конца. То, что смерть это не конец, ты уже сам понял. Но есть вариации, если ты отъехал экспрессом в другой мир, то мы вышли, точнее нас выпихнули на промежуточной остановке. А дальше у всех без исключения свистела фляга, ведь ты как бы умер, но не умер. Когда шоковое состояние уляжется, приходит белочка, тоже у всех разная. И белочка эта начинает вещать, что у нас есть шанс уйти на круг нового рождения, но надо немного поработать. Работа простая, для нас абсолютно привычная, гасить нехорошие личности в ноль, которые при жизни сотворили много дерьма, но при этом после смерти получили возможность вернуться в наш дом родной в виде голубого шарика.

– То есть мы сейчас типа духи или души, в каком то астрале?

– Что значит типа? Мы сейчас в духовном плане этого мира, прикрываем вас.

– А вот это самое интересное. На Земле мало этой вашей магии, поэтому нечисти, имеющая возможность напрямую вернуться домой, очень мало. Поэтому нам предложили сменить дислокацию сюда, аргументировав тем, что тут уже отметились родственные души.

– И как вам, весело, работы хватает?

– Это мягко сказано, я даже начал понимать, что на вкус все культисты разные как фломастеры. Все эти кровавые ритуалы, смерть, это просто жесть. Мы периодически слышим крики умирающих, ещё живых разумных, хотя не должны. Кто-то пытается пробить границу духовного плана и забрать отсюда парочку накачанных энергией психов под свои нужды.

– Многих вы вернули обратно?

– В нашей команде ты первый, у соседей рекорд пятеро, в основном двое или трое.

– Не первый раз слышу о соседях, кто такие?

– Команды вроде нашей, в основном пара тройка вояк, остальные гражданские. Таких чистокровных профессионалов и наглухо отмороженных вроде нас мало.