Потому что ежели камень проваливается, значит, там, под землёй, ещё пустоты есть. А если пустоты – значит, там кто-то и завестись может или ещё как пролезть. А у тварей подземных такие зубы, что никакая щебёнка их не остановит. Не-ет, Ваше императорское величество, сыпать тут и сыпать. Докель не заполнится, – вновь ухмыльнулся гном.

– Ну, хорошо, – ровным голосом сказал Император. – А как обращение? Кормят нормально? Жалоб нет? Может, кормовые срезают или мяса в котёл недокладывают?

– Кормят-то как раз на убой, пожаловаться не на что, – ответил гном.

 – А вот только скажи, Император, когда нас по домам распустишь? Сам скажи, не через бирючей своих передавай! Когда? Когда город восстановим? Весь до последнего гвоздя? Так ведь не нами порушен, да и столько тут работы, что и за пять лет не управишься!..

– Баламут, – сказал Император, глядя прямо в зелёные глаза гнома. – Скажи мне, могу я тебя обмануть? Правду скажи.

Гном набычился, засопел, раздувая широкие мясистые ноздри."

"– А что? – наконец ответил он чуть сдавленным голосом. – Ты и соврёшь – недорого возьмёшь.

Вы, хумансы, все такие. Веры вам нет. Эх, кабы не…

– Выпустил бы мне кишки, понятно, – сказал Император прежним спокойным голосом. – Но я получил грамоту от Каменного Престола… и хотел бы, чтобы о её содержании узнали все гномы твоей ватаги – как, впрочем, и других.

– Это какую такую грамоту? – подозрительно спросил гном. – Насчёт выкупа, что ли? Так давно пора, когда уж к ним послано было!..

– Каменный Престол ответил, – не обращая внимания на слова Баламута, сказал Император. – Они не дадут выкупа.

Кулачищи гнома сжались, перепачканная борода гневно встопорщилась.

– Врёшь! Врёшь, хуманс! Не может такого быть!

– Грамоту, – не оборачиваясь, негромко приказал Император.

В подставленную левую руку тотчас же лёг тугой, перетянутый витым шнурком свиток.

– Печать Каменного Престола опознаёшь, гноме?

– А кто вас, хумансов, знает, – опуская глаза, проворчал Баламут. – Может, маги ваши морок навели, а ты нам теперь подсовываешь.

– Ну ладно, я прочту, а там видно будет, – сказал Император.

– Да не хочу я ничего слушать! – вскипел гном и тотчас осёкся, натолкнувшись на тяжёлый взгляд Императора.

– Гноме, – медленно проговорил правитель, – я тебе зла не желаю, хотя вы нарушили мир и убили многих моих подданных. Я мог бы отдать вас уцелевшим жителям тех городов, где вы славно погуляли на своём пути к Мельину. Я этого не сделал. Дал вам работу и корм. А вот ваш Каменный Престол отрёкся от вас и проклял тех, кто, как они выразились, позором купил себе жизнь, приняв её из рук презренных хумансов. В этой грамоте всё подробно изложено.