С каждым новым сказанным тостом и врученным подарком, местный князь, которого звали Артахшасса, мрачнел все больше. Безродный голодранец, уехавший на рахитичном коньке с самодельным луком, вернулся богачом и унижает его в собственном доме, задаривая подарками подданных. Его, Артахшассы, подданных! Немыслимо! Злоба душила князя, но законы гостеприимства были священны, никто бы не понял, если бы он сделал что-то с этими людьми. Да и сделать он ничего не мог. У него и близко не было силы, способной победить сотню тяжелой конницы. Он лихорадочно прокручивал в голове планы один безумнее другого, как уничтожить этого выскочку и забрать себе его богатства и воинов.

Бешеная работа мысли отражалась на лице, искажая его в гримасу. Но жизненный опыт брал свое, и князь снова начинал благожелательно улыбаться гостям. Впрочем, наивные потуги простого, как топор, горца были понятны не только Максу и Ахемену, но и вообще всем. Наконец, князь придумал изящный, как ему показалось, маневр. Он решил отыграться на Максе.

— А скажи нам, жрец, какому богу ты служишь?

— Я служу великому Ахурамазде и поклоняюсь его воплощению в виде священного огня.

— Мы тоже чтим огонь и Ахурамазду. А остальных богов ты разве не уважаешь? Разве Митра светоносный не бог? — это была хорошая зацепка. Богохульство — тяжкое обвинение. Но Макс предполагал нечто подобное.

— Все хорошие боги — воплощение Ахурамазды, а все плохие- демоны и воплощение Ангра-Майнью.

— Ты лгун, странный беловолосый чужеземец! Лгун и богохульник. Тебя следует побить камнями. — Окружающие начали оживленно переговариваться. Ахемен напрягся, стискивая нож. Макс незаметно толкнул его, показывая, что все в порядке.

— Я докажу тебе свою правоту.

— Докажи! — возбудился князь. — Яви нам чудо.

Макс начал обгрызать баранью лопатку, демонстративно затягивая паузу.

— Отличная баранина, прожарка идеальная, — чуть накалил атмосферу Макс. Князь уже закипал.

— Чудо будет потом, когда все племя уверует так, как заповедал Ахурамазда. А для начала великий бог даст знамение. И это случится не позднее, чем придет новая луна.

— Что еще за знамение? — удивился Артахшасса.

— Я не знаю этого. Я всего лишь голос бога, но не сам бог.

Великий Ахурамазда явит такое, чего на этой земле не бывало. И все, кто тут сидит, это увидят. И как только после этого все уверуют, то бог явит чудо.

— И какое же он явит чудо? — издевательски произнес князь.

— В течение двух лет в долине будет вода. И у каждой семьи будет своя финиковая пальма.

Потрясенное молчание было ответом Максу.

— Ты сошел с ума? — спросил совершенно сбитый с толку князь. — Я увижу тут растущую финиковую пальму? Ты ненормальный, жрец.