Мало ли что ударит в голову старушке, оно мне надо? Все-таки она стоит рядом с кристаллом, полным энергии.

— Меня можете убить, но мальца не трогайте, — старуха сделала шаг вперед, закрывая пацана своим телом, — он еще юн и не будет мстить.

— О, я в этом сомневаюсь, — я покачал головой, — тем более есть один нюанс. Род Гудовичей разочаровал императора, и по его приказу он должен исчезнуть, — после моих слов старуха явно напряглась.

Однако я видел, что магии в ее теле было немного, и почти вся сила уходила на то, чтобы поддерживать в этом теле жизнь. Уровень у нее явно был мал, подмастерье, не более.

— Тихо, бабуля, — я поднял руки, — у меня есть к вам предложение, как решить этот вопрос без смертоубийства.

— Говори, Бестужев, — старуха прищурилась, — но учти, попытаешься обмануть, и я взорву тут всех. Раз уж умирать, то и вас с собой заберу, — она схватилась за небольшой кулон, висящий на шее, и я почувствовал, как энергия в кристалле начала бурлить. Н-да, выходит, у бабки все же есть возможность контролировать кристалл.

— Ты и пацан можете дать мне клятву, — я усмехнулся, — откажитесь от своего рода и живите на здоровье.

Магии вас это не лишит, но зато у вас получится избежать внимания императора. В той ситуации, в которой вы сейчас находитесь, это для вас благо.

— Значит, говоришь, отказаться от рода? — старуха улыбнулась, — что ж, это и правда выход из ситуации, — после этих слов она повернулась к пацану. — Коленька, достань свой ножик, он нужен бабушке.

Пацан безропотно выполнил приказ старухи и, достав из кармана перочинный нож, протянул его старухе. Та взяла его и тут же без каких-либо сомнений полоснула себя по ладони.

— Я, Мария Гудович, отрекаюсь от этого имени, — голос старухи неожиданно окреп, — с этой секунды для меня не существует рода Гудовичей, как и я не существую для этого рода. И пусть моя кровь станет тому порукой! — после этих слов кровь старухи вспыхнула, а значит, клятва была принята.

М-да, теперь, если она решит изменить свое решение, ее же кровь ее и уничтожит. Страшная клятва, но единственно верная в этой ситуации.

— Коленька, а теперь ты, мой милый, — старуха вернула нож парню, и тот, дрожа от страха, повторил все ее действия.

Ну вот и все, теперь никого из графского рода Гудовичей больше нет. Просьба императора выполнена, и не пришлось никого убивать, считаю, вышло неплохо.

— Мы закончили? — Васильчиков вопросительно глянул на меня, и я кивнул.

Мы развернулись и уже хотели было направиться на выход, когда меня остановил голос старухи.

— Погоди, Бестужев, у меня к тебе просьба есть.

— Какая? — я остановился.

— Прими нас к себе, — старуха усмехнулась, — нам некуда податься, но мы не станем для тебя обузой.