— Ты сможешь высадить его на остановке, но не сможешь заставить его сесть в автобус, — заметила Эйнджел.

— Не беспокойся, он не вернется. По дороге я объясню ему, как это будет глупо с его стороны.

— Тогда возьми с собой еще кого-нибудь на случай, если он станет сопротивляться.

— Неужели ты думаешь, что я не справлюсь с ним один? Ты меня обижаешь.

Подойдя к своей машине, Витторио затолкал Гэвина в салон и заблокировал все дверцы. Эйнджел испуганно и в то же время восторженно наблюдала за тем, как Гэвин безуспешно молотит кулаками по стеклам и выкрикивает оскорбления, которых на улице не было слышно.

— Как паук в банке, — бесстрастно заметил Витторио. — Разве он не похож на жирного раздутого паука?

Фрэнк и Рой принесли чемоданы Гэвина и положили их в багажник, и машина отъехала. Гэвин таращился в заднее окно, будто не понимая, что с ним происходит.

— Витторио о нем позаботится, — сказал Сэм. — Я знал, что на этого парня можно положиться. — Он чуть не плясал от радости.

Когда Витторио вернулся, старик первым вышел ему навстречу.

— Он больше не вернется?

Витторио, ухмыляясь, потер подбородок, но ничего не сказал."

"— Ладно, можешь не говорить нам, где ты его похоронил.

— Простите, что огорчаю вас, но в действительности я посадил его на автобус до Неаполя.

— Охотно прощаю.

— Эй, вы двое, я бы и сама с ним справилась! Витторио и Сэм посмотрели на Эйнджел, а затем переглянулись и покачали головой.

Всю следующую неделю Сэм был очень спокоен. Он так глубоко погрузился в свои мысли, что Эйнджел приходилось повторять ему все по нескольку раз. Это состояние отличалось от его обычной рассеянности. У Эйнджел возникло такое чувство, будто дедушка о чем-то задумался, но, когда она спросила его, о чем именно, он улыбнулся и сказал, чтобы она не забивала себе голову всякой ерундой.

Однажды утром Сэм незаметно выскользнул из дома, чтобы прогуляться по саду. Увидев Витторио, обрезающего сухие ветки с яблони, он с деловым видом подошел к нему и пожелал доброго утра.

Витторио приветливо улыбнулся старику.

— Значит, вам удалось сбежать?

— Конечно. Моя внучка — замечательная девочка, но она слишком беспокоится из-за пустяков.

— Таковы все женщины, — мудро заметил Витторио.

— А нам приходится позволять им думать, что они главные. И не надо разубеждать их в этом.

— Точно.

— Знаешь, Витторио, пообщавшись с тобой, я понял, что на тебя можно положится, и подумал…

Неожиданно старик замолчал, и его взгляд стал пустым.

— Сэм! — позвал Витторио.

— Ах, да… на чем я остановился?

— Вы о чем-то подумали…

— Я много думаю. Людям кажется, что я утратил эту способность, но они ошибаются. Я написал завещание. Это настоящий документ.

— Уверен, так и есть.