— Я ненавижу Эйнджел, — произнесла она, всхлипывая. — Она поверхностная и глупая. Ее интересуют только дорогие тряпки и драгоценности, и…

— Тише, — сказал Витторио, крепче прижимая ее к себе. — Почему вы вдруг так заговорили? Это из-за той ерунды, которую напечатали в журнале? Разве можно расстраиваться из-за таких пустяков?

— Она тянет меня назад, — отчаянно пролепетала Эйнджел. — Я думала, что смогу порвать с прошлым, но у меня ничего не выходит. Оно наложило на меня свой отпечаток.

Чувствуя, как она дрожит в его объятиях, Витторио проклинал собственную беспомощность. Обычно эта женщина доводила его до белого каления, но, когда Витторио увидел вместо надменной стервы ранимое и испуганное создание, его гнев сразу же улетучился. Эта перемена, произошедшая с ним, напугала его.

— Прекратите. Вы на себя не похожи.

— А вы знаете, какая я? — раздраженно спросила Эйнджел. — Вы — один из тех, кто думает, будто знает, что я представляю собой на самом деле. Будьте вы все прокляты!

— Вижу, вам уже лучше. Ударьте меня, скажите, что я зануда. Вы ведь этого хотите?

— Перестаньте, — сказала Эйнджел, слегка толкнув его. — Я не могу этого сделать. Мне просто нужно пойти и… и…

— Что вам нужно, так это хорошенько меня ударить. Ну, давайте, бейте.

Эйнджел ударила его кулаком в плечо.

— Сильнее! Вспомните, как вы меня ненавидите.

— Нет, это вы ненавидите меня, — ответила Эйнджел, плача и смеясь одновременно, — потому что я богатая, избалованная тварь, отобравшая у вас дом.

— А вы и вправду избалованная тварь?

— Разве я не доказала это сегодня?

— Ах, вот вы о чем, — протянул Витторио, вспоминая инцидент, который, казалось, произошел целую вечность назад. — Вы именно это пытались мне доказать? Так вот, вам не удалось убедить меня. Вы не похожи на охотницу за мужчинами.

— Черт побери! Мне очень жаль, просто вы… Во всем виновата Эйнджел. Она ужасная эгоистка. Вы ведь читали, что думает Гэвин.

— Не хотите ли вы мне сказать, что так расстроились из-за этого идиота?

— Не только из-за него. Из-за Джо, Сэма и всего остального.

— Кто такой Сэм? — спросил мужчина, но, кажется, Эйнджел его не слышала. Она снова заплакала, и Витторио замолчал и еще крепче обнял ее.

Лицо Эйнджел казалось мертвенно-бледным в свете луны.

— Пойдемте, я отведу вас домой, — мягко сказал Витторио.

— Не надо. Я не хочу…

— Не спорьте со мной, — настаивал мужчина. Эйнджел позволила ему помочь ей подняться, и они молча дошли до дома.

— Мне уже лучше, — спокойно произнесла она. — Я не хочу, чтобы кто-нибудь подумал…

— Не беспокойтесь, — сказал Витторио, убирая руку с ее талии. — Я никому не скажу ни слова. Вы можете мне доверять.

Войдя в дом, Эйнджел как ни в чем не бывало завела разговор с Бертой.