Мои мысленные рассуждения оборвались на моменте, когда духовник плеснул живой воды мне на коленку и в эту минуту распределял залечивающую субстанцию.

Может я себя как то накручивала, но от прикосновения пальцев в комплексе с разогревающей мазью - ощутила легкую нехватку кислорода. От этого ощущения легкие жгло, но мне не хотелось отстраниться.

Напротив, машинально подалась вперед, захватив лицо опешившего Артемия ладонями, притянула и поцеловала.

Во мне что то вспыхнуло и дрожь пробила тело. От прикосновения к твердым, теплым губам, по телу разлилось спокойствие. Исчезли все тревоги.

Артемий, растерявшийся в начале от моего напора, быстро сориентировался. Ответил в начале нежным поцелуем и я моя рука невольно зарылась в его волосах. Потом нежность пропала. Артемий набросился на мои губы, требовательно сминая их, покусывая и жестко лаская.

Все мысли покинули голову, осталось только естественное желание. Мне просто хотелось слиться с его дыханием и бесконечно ощущать, как руки Артемия блуждают по моему телу.

Эти прикосновения мной воспринимались как раскаты грома, которые я буквально имела возможность ощущать, попав под ливень. Только сейчас они происходили во мне.

К черту все проблемы! У меня тут любовь намечается и возможно самые горячие отношения в моей жизни!

Под наплывом внутренних импульсов, я сжала воротник рубашки духовника и спустила ее с плеч.

Кажется его руки сильно сжали мою талию так, что затрещали ребра. Похоже Артемий любит пожестче. Какое совпадение - я тоже.

Продолжая перебирать пальцами его волосы, я почти требовала перехода от прелюдии к клубничке.

Я в этой деревне так настрадалась, что мне срочно нужно было максимально повысить уровень эндорфинов.

В Артемии действительно было что то первобытное. То как он сжимал меня и как заставил откинуть подбородок, оставляя влажную дорожку поцелуев на шее. Местами даже болезненных, но таких жгущих, что я задохнулась в своем сдавленном дыхании.

Кажется белье мое слегка намокло.

Поддаваясь природным импульсам, извиваясь в руках духовника, я не сразу осознала то, как поглощающая меня страсть постепенно переходила в нежность.

Что то изменилось. Действия Артемия стали скованными, словно он пытался сдерживаться.

Не знаю сколько прошло времени, когда до меня окончательно дошло - его руки больше по моему телу не блуждали. Он отстранился, по прежнему придерживал мой затылок на весу. Я еще чувствовала прикосновения дыхания к тонкой коже шеи и ключиц, но поцелуев больше не было.

Прежде чем открыть глаза, коснулась ладонью плеча духовника. Напряжен. Сильно напряжен.

Так а в чем проблема? Перерыв на перекур?

С тяжестью в легких, перевела дыхание и открыла один глаз. За тем второй.