Стоило было духовнику заботливо придержать меня, дабы я устояла на не крепких ногах, я не удержалась и машинально кинулась на него. Вцепилась, как в спасательный круг. Обняла крепко, отчего духовник немного опешил и его мышцы напряглись.

В этих крепких объятиях я почувствовала себя в безопасности, хоть мы еще стояли на дороге под дождем и на небе продолжали сверкать молнии. Я чувствовала электрические вспышки сквозь закрытые веки.

- Я не смогла уехать. Пыталась но не смогла. - Едва не плача бормотала, закапываясь носом в ткань мокрой рубашки. Мое дыхание сбивалось от усиленного сердцебиения. - Что мне делать?

- Для начала - обсохнуть. - Артемий, провел рукой по моей спине. Этот жест был утешающий, но ощущался как предложение разорвать объятия и пойти куда то.

Стоило ему немного отстраниться, как я прижалась сильнее. С одной стороны согласна - надо уйти с дороги. Но в тот же момент - когда он отстранился - страхи снова наполнили сознание. Они порождали отчаяние."

"Мы окончательно вымокли, пока духовник уговаривал меня все таки сдвинуться с места. В конце концов добрались до его хижины и я всю дорогу оборачивалась и цеплялась за его руку и жалась плечом. Висла на духовнике как рыбка прилипала.

Оказавшись под крышей, пришлось отпустить руку Артемия. В этот момент осознала как же сильно я продрогла. От руки духовника исходило тепло, не дающее принять то, как мокрая одежда охлаждала тело.

Пользуясь моментом, пока духовник делал чай, я скинула мокрую одежду и обнаружила, что стопка вещей и моя любимая скатерть самобранка - промокли. Найдя сухую футболку на дне сумки, все равно закуталась в одеяло, что дал Артемий.

Холодно. Мокро. Страшно. И меня все еще трясло.

Артемий вернулся с двумя кружками травяного чая. Легкий запах мелиссы и мяты заполнил небольшое помещение. Высунув пальчики из под одеяла - приняла горячую кружку.

В отличие от меня, духовник таким продрогшим не выглядел. Просто поменял одну рубашку на другую и эту оставил на распашку. Растрепал волосы с бородой и спокойно прохаживался по комнате. В нем вообще чувствовалась легкость и простота. Они давались ему без усилий. Уверена, что Артемий вполне мог бы пройтись по крапиве и колючкам голыми ногами с такой же легкостью и не заметить.

Наблюдая за его плавными перемещениями по комнате, небрежными и одновременно точными движениями - отметила для себя, что в нем была некая природная сила духа. Он сам был как часть природы. Волосы цвета пшеницы, борода, выверенные черты лица и крепкое, хорошо физически сложенное тело - придавали ему некую первородность. Я видела в нем странную смесь отголосков первобытности и изящества.

Артемий что то искал и заметил, как я его разглядываю. Скорее всего он заметил мои взгляды раньше, но виду не подавал.