— А глаза? Глаза какие? — не сдается Ольга.

— Все надоели! Идите отсюда! Сами вечером с его глазами разберетесь.

***

— Ярочка. Ты должна меня спасти.

— Чтоб ты pнала, ярочка — это ласковое прозвище молодой овцы, — меланхолично отзываюсь на сестринскую мольбу о помощи.

— Не умничай, а? И без того тошно.

— С чего бы это?

— Ты забыла? Меня на днюху пригласили! Там ребята будут из параллельной группы. Сама понимаешь, веселье, разврат и все такое. Я думала, что мы дома быстренько соберемся в семь, а в девять я уже сбегу, а тут гости эти дебильные. Теперь придется сидеть с ними до ночи, строить из себя не пойми кого.

— Не строй.

— Ясь! — возмущенно тявкает она, — что ты какая равнодушная!

— Ты от меня чего хочешь?

— Помоги мне сбежать. Я не могу тратить такой хороший вечер на не пойми кого.

— А я значит могу?

— Ну, пожалуйста! У тебя все равно на сегодня планов не было.

— Вообще-то были. Я отменила поход в кино.

— С кем? С Марком? — сестра пренебрежительно машет рукой, — он ходит за тобой как на привязи. Никуда не денется, даже если ты его будешь динамить каждый день. И в кино, кстати, сейчас ничего интересного нет.

Дело не в кино, и даже не в Марке. Дело в том, что я тоже не горю желанием общаться с потенциальным женихом.

— И что, по-твоему, мне одной делать с этим гоблином? Строить из себя хрупкую восхищенную даму? Смеяться над его несмешными шутками? Страдать, пока ты там развлекаешься? Может, он вообще обижать меня начнет.

— Не скромничай, Слав. У тебя яйца покрепче чем у многих мужиков. Ты посмотришь на него, как училка перед контрольной, он и подожмет свой куцый хвостик.

Я в этом очень сомневалась. Судя по скупому описанию отца, парень вовсе не походил на слабака, которого можно одной рукой придавать, второй размазать.

Пока я думаю о предстоящем вечере, Ольга ярко красится, одевается, явно не для семейного ужина — юбка едва прикрывает булки, сквозь топик светит белье и пирсинг в пупке. Ее не удержать. Она все равно сбежит. Мне остается только смириться с тем фактом, что отдуваться на предстоящем вечере предстоит мне одной.

— Я готова, — сообщает, поворачиваясь ко мне, — ну как?

— На троечку

— Злая, ты Ярослава. Злая!

— Давай уже, вали, добрая. Пока я не позвала отца, и не предупредила его о твоем побеге.

Она подбегает ко мне, звонко целует в щеку, а потом как ураган выскакивает из комнаты. Я знаю, что она выскользнет через черный вход, пробежит тайной тропкой до калитки на заднем дворе и будет такова, а мне придётся развлекать гоблина.

Я спускаюсь вниз за пятнадцать минут до прихода гостей. Мачеха мечется, раскладывая на столе дизайнерские салфетки, а папка сидит в гостиной и невозмутимо читает новости.

— Ку-ку, — тихо подкрадываюсь сзади и зажимаю ему глаза.