Увидев меня в отражении, она затыкается, замирает, по-кукольному вытаращив глаза:

— Яська, ты что тут делаешь?

Похоже она вообще не парится о том, что произошло. Подумаешь, притащилась к парню сестры и попыталась ему в штаны залезть. А чо такова?

— К тебе пришла. Поговорить.

— Пфф, у меня нет времени. Я занята, — снова поворачивается к зеркалу и строит глазки своему отражению.

— Зато я нет, — и прежде, чем эта зараза успевает отреагировать, хватаю ее за волосы и прямо как есть, голую и сырую вышвыриваю в комнату.

— Ты сдурела? — она некрасиво падает на ковер, — Я маме скажу!

— Да хоть папе! Ты какого черта сегодня устроила?

— А что? — тут же ядовито улыбается, — Владик вспоминает про меня?

— Да ему вообще по барабану!

— Ну-ну, утешай себя.

— Еще раз спрашиваю. Чем ты думала, когда к нему лезла? Ты же прекрасно знаешь, что мы живем вместе, что у нас все серьезно, и все равно посмела к нему сунуться!

— И что из того, что вы живете вместе? Сегодня под одной крышей, а завтра разъедетесь. Что же теперь себе во всем отказывать из-за тебя?

Это уму не постижимо.

— То есть ты считаешь, что это нормально?

— Конечно, Ярочка.

Ты же знаешь, я всегда делаю, что захочу. А сейчас я хочу Влада. Тем более он так пахнет. Мммм, — гадина мечтательно прикрывает глаза, — у меня до сих пор на языке горечь хвойного яблока.

Почему-то упоминание этого запаха окончательно выбивает меня из колеи. Это мой Влад! И никто не будет его нюхать кроме меня!

Я отхожу от нее. Бешеным взглядом веду по стене и натыкаюсь на полку, где выставлена Ольгина коллекция стеклянных статуэток котов. Она с детства их собирает.

— О, что это у нас тут? Котяточки? — одним жестом сметаю все ее побрякушки на пол.

Что-то с треском разбивается, что-то закатывается под кровать, а на что-то я наступаю с особым удовольствием.

— Ты чокнулась, — визжит она, — это же мое!

Следом за котятками на пол отправляются ее фотографии в золотых рамочках, книги к которым никто никогда не прикасался, все бумаги со стола.

— Что ты творишь??

— Разве не понятно? Делаю то, что хочу. В твоем духе, — в стену летит ее планшет и любимая палетка с тенями, а потом белье из верхнего ящика комода.

— Ты дура! — она бросается на меня.

Только я сильнее. И злее.

Отталкиваю ее от себя так, что она снова валится на пол, и не даю ей встать, тут же наматывая волосы на кулак.

— Еще раз сунешься ко мне, и я не задом, а мордой тебя буду возить. И не по ковру, а по асфальту.

— Я все родителям расскажу, — воет Ольга.

— Да мне плевать! Рассказывай. Что ты меня ими все пугаешь? Я тебя и при них отделаю!

Прощай адекватность, сдержанность и здравый смысл. Меня будто закоротило. Накрыло тьмой, единственное желание которой крушить.

— Влад мой.