– Это частная клиника, все конфиденциально, можешь назвать любое имя.

– Получается, я заложница?"

"– Таковы правила, если что не нравится, обратись к Хасанову.

Мы еще не уехали, время девять утра, но на душе слишком тревожно, и это даже не из-за беременности, в которую я все еще не могу поверить, не сдав все анализы, хотя все и так очевидно. Волнует что-то другое, скребет по нервам.

Не могла вчера ничего сказать Мурату, боялась разрушить ту едва уловимую связь, что начала ощущаться между нами. Секс снова был максимально откровенным, наше взаимное удовольствие – слишком острым.

Мужчина еще долго не уходил, просто лежал, уложив меня на грудь, прижав к своему мощному телу.

Я слышала его дыхание и биение сердца, не в силах что-то сказать, прервать молчание. Может быть, стоило сказать тогда о тестах? Но я не сделала этого, переполненная некой эйфорией, взволнованная. Он уже не просто мой первый мужчина и хозяин дома, Хасанов, своим молчанием, обжигающим и суровым взглядом, проник слишком глубоко в сердце. При нем я теряюсь, волнуюсь, а в сексе позволяю все, потому что иначе быть не может.

Он первый, единственный, а я глупая маленькая девчонка, которая влюбилась.

Проснулась одна, резко села, голова закружилась, но пока не тошнило. Луиза Азизова не сказала ни слова, когда увидела меня в джинсах и футболке, Вартан накормил.

– Значит, паспорт я не получу?

– Указаний насчет него не было. Садись, поехали, на трассе может быть пробка.

Обернулась, оглядела дом, я бы хотела, чтоб он сейчас смотрел, может быть, из того окна, из самого крайнего, где двери в комнату всегда закрыты. Садовник вновь возился с розами, уничтожая вредителей, от красноты рябило в глазах.

Какое-то время ехали молча, Равиль Тимурович часто смотрел в телефон, я сидела сзади, мысли путались, я все время прокручивала слова, которые скажу Мурату после консультации. Но никак не могла подобрать ответы на те вопросы, которые он обязательно должен будет задать.

В городе было душно, мы очень медленно двигались в пробках, я с любопытством разглядывала людей, словно меня не было здесь несколько лет, завидуя той простой жизни, которой они живут. А я попала в крутой замес, частично по собственной вине и глупости, и вынести все, что дальше пошлет судьба, мне тоже придется, а значит, я должна быть сильной – ради ребенка.

Улыбнулась своим мыслям, я уже люблю его, ведь малыш не виноват, и если он уже есть, то это не ошибка, это награда. Я не знаю, что делать, что будет дальше, но я никому не позволю сделать ему больно.

– Все нормально?

Было заметно, что Равиль нервничает, пытается развернуться, сигналит, чтоб нас пропустили.

– Да, нужно только заехать в одно место.

– Это так срочно?

– Да.