Пусть лучше эти молодые идиоты свяжут себя брачными узами и не путаются под ногами! Разве они достойны хотя бы одной улыбки синьорины Катарины? Поймав себя на этой мысли, Алистер удивился и затолкал ее подальше. Пусть полежит. Следующая инспекция виноградника будет весной, вот тогда он и рассмотрит эту мысль более пристально!

Глава 20

Лето промчалось быстро. Вот только, кажется, зазеленели лозы, а уже с них даже собрали чёрные блестящие ягоды.

Я окончательно освоилась и на винограднике, и в этом мире, хотя и видела совсем небольшую его часть. Мне нравилась моя новая жизнь.

К дядюшке Одэлису я относилась почти как к отцу. Воспоминания и обида от предательства близких всё реже возвращались ко мне.

Я была почти счастлива. Почему почти? И сама не знаю. Но иногда накатывало что-то, отчего выступали слёзы. И хотелось, чтобы обнял кто-то сильный и надёжный, подставил плечо, погладил по волосам…

Почему-то чаще всего в роли этого кого-то выступал… герцог ди Новайо.

Я отмахнулась от этой мысли и стёрла пот со лба. Глупости какие-то в голову лезут. Наверное, от жары, которая вдруг пришла в конце осени. Солнце поднялось и немилосердно палило.

Я чувствовала, как промокла хлопковая рубашка и липла к телу. Надо идти в дом.

Вторя моим мыслям, по винограднику пронёсся звон гонга. Началась сиеста.

– Кати, ну что ты ходишь по жаре, иди скорей сюда, – донёсся до меня ворчливый голос синьора Портэлла.

– Иду, дядюшка, – я быстро сполоснула руки и лицо из бочки и поднялась на террасу."

"Синьор Одэлис сидел за накрытым столом. Я уселась напротив, улыбнувшись дядюшке и с беспокойством вглядываясь в его лицо. Мне казалось, что в последнее время он начал неуловимо меняться.

Быстрее уставать, больше потеть. Лицо стало бледнее, а морщины резче. Но на все расспросы о самочувствии дядюшка Одэлис улыбался и говорил, что проживёт ещё много лет, не надо о нём волноваться. Потом он сжимал мою руку или целовал в лоб сухими губами, и меня отпускало. На время. Пока не поднималась новая волна подозрений.

Вот и сейчас мне показалось, что синьор Портэлл слишком бледен.

– Вы хорошо себя чувствуете? – осторожно спросила я, опасаясь шквала ворчливости. И оказалась права.

– Что ты квохчешь как курица, Кати! Я уже сказал, что отлично себя чувствую.

Просто голодный. Тебя ждал. Давай уже есть.

– Конечно, дядюшка, – я улыбнулась и взяла ложку. Гусиный суп с белой фасолью Марте всегда удавался.

Утолив первый голод, синьор Портэлл заметно подобрел. Он уже не бурчал недовольно. Да и лицо порозовело. Может, я всё выдумываю? Просто боюсь его потерять, вот и беспокоюсь.

– Король не приедет на праздник, – сообщил дядюшка, вытирая лицо вышитой салфеткой.

– Почему? – я даже отложила ложку.

Бино-Нуво все ждали с нетерпением.