И дернул меня черт установить именно такой срок.

А с другой стороны, я почему-то не смогла отказать ему окончательно. Даже не знаю, почему. Просто на короткий миг мне показалось… Что? Что я справлюсь? Смешно. Я прекрасно знала, что это не так. Вот только нечто в душе словно нашептывало, что не все потеряно, что можно попытаться.

– Глупость какая-то, – фыркнула я, открывая глаза и принимаясь бездумно рассматривать потолок."

"Наверное, нужно просто признаться себе, что я оказалась неспособной сказать в лицо любящему отцу, что я не смогу дать ему ни лекарства, ни надежду. Я могу сколько угодно искать причины своего поступка, но одно отрицать бессмысленно – это была обыкновенная трусость.

Вздохнув, я подняла руку и положила ее на лицо.

И что? Что я могла сделать? Почему я должна выслушивать упреки и оскорбления, если я ко всему этому не имею никакого отношения? А я уверена, тот мужчина не поскупился бы на них, когда понял бы, что лекарства ему не видать.

Раздраженно фыркнув, я убрала руку, заставляя напряженное тело расслабиться. Мысли снова скатились ко встрече с тысячелетней принцессой. Я постаралась, как можно более четко воспроизвести происходящее тогда.

Итак, насколько я поняла, из одного мира в другой переместиться могла только сама душа. И еще раз, откуда тогда сумки и прочее? Книги она с собой забрать никак не могла, ведь это материальные объекты. Но у нее с собой были сумки. Тяжелые, кстати. Насколько я поняла, душа принцессы должна была сразу же связаться со мной, ведь именно я была ее «маяком» в моем мире. Она никак не могла появиться где-то в ином месте, а потом «дойти» до меня.

Возможно ли, что никакой старушки на самом деле не было? Скорее всего, вся эта сцена с помощью и прочим происходила в моем воображении. А сумки – это знания, которыми обладала принцесса. Их столь много, что они показались моей душе весьма тяжелыми и почти неподъемными.

Интересно, а если бы я отказалась помогать старушке? Может ли быть такое, что, согласившись, я дала разрешение на наш обмен? Впрочем, что теперь об этом думать, все уже произошло. К тому же в данный момент мне надо думать кое о чем другом. К сожалению, я не обладаю стальным безразличием, которое позволило бы мне не обращать внимания на просьбу постороннего для меня человека.

Это, конечно, прекрасно, но что делать-то?

Резко встав, я вышла в сени. Подойдя к коробу, открыла его и принялась вынимать мешочки с травами, пытаясь хоть что-нибудь понять. К моему огорчению, я ничего о них не знала. Откровенно говоря, даже будучи сама при смерти, я бы не смогла определить, что за травы во всех этих мешочках.

Огорченно выдохнув, решила посмотреть на книги, которые появились не так давно в комнате.