– Всё будет о’кей, сынок, не вешай нос! – Старик решительно потрясал очередным правительственным бланком, в котором сообщалось об отказе. – Афроамериканцев всегда неохотно принимали в полярники. Они эволюционно более теплолюбивы, чем белые, и толстозадые чинуши из Бюро просто боятся взять на себя ответственность! А вдруг ты обморозишься в первый же день, или замерзнешь насмерть, или прочее бла-бла-бла! Никуда они не денутся, вот увидишь! Ты парень крепкий, здоровье отменное и целеустремленности тебе не занимать! Поломаются немного и возьмут, людей-то не хватает, много ли народу желает получать большие деньги, ежедневно рискуя жизнью и здоровьем? Мертвым деньги не нужны!"

"После столь своеобразного ободрения Майк садился писать новое прошение, после чего отправлялся сдавать новые тесты, и так продолжалось до сегодняшнего утра, когда он обнаружил в почтовом ящике давно знакомый конверт со штемпелем Полярного Бюро.

Распечатав его, Майк даже не сразу понял, что вместо привычных строк отказа читает уведомление о приеме в штат и предписание явиться в Нью-Вашингтонский офис Бюро для зачисления на курсы профессиональной подготовки. В ту минуту радости его не было предела, наконец-то он сделал первый шаг к Лив! Теперь осталось попасть к Реактору, совершить подвиг и стать звездой экрана. Но в успехе этого плана Майк не сомневался, если придется, он сам себя наизнанку вывернет, но подвиг совершит. А там кинокомпании за него ухватятся, он ведь будет первым афроамериканцем, который совершил подвиг за Полярным Кругом. Поэтому Бронсону он не конкурент, Новая Америка – демократическое государство, и рядом с белым героем обязательно должен стоять герой чернокожий. Так что место для Майка, если подумать, очень даже есть, главное, чтобы его за это время не занял кто-то другой. Будет очень обидно, если такое произойдет сейчас, когда цель так близко. Нет, будет не обидно, будет катастрофа! Это он должен стать богатым и знаменитым, именно он, потому что его ждёт Лив! Она страдает, не в силах вырваться из золотой клетки, опутанной колючей проволокой правил аристократической жизни. Остается радоваться, что в Полярном Бюро не любят брать на службу афроамериканцев, не то место героя точно кто-то уже занял бы.

Вагон монорельсовой дороги остановился, и автоответчик сообщил о прибытии на конечную остановку «Аэродромный комплекс», после чего заявил, что вагон дальше не идет, и предложил пассажирам покинуть салон. Майк плотнее застегнул пуховик и вышел на перрон, по пластиковой поверхности которого стучали мелкие капли рождественского дождя.

Старый Джеймс конечно же сидел в своем офисе, словно никогда и не слышал таких слов, как «праздник», «Рождество» и «выходной».